matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

Category:

Индоевропейское влияние на этногенез финно-угров

Современная уралистика (см. напр.: Juha Janhunen. Proto-Uralic – What, Where, and When? // https://www.sgr.fi/sust/sust258/sust258_janhunen.pdf ; Jaakko Häkkinen. Early Contacts between Uralic and Yukaghir // https://www.sgr.fi/sust/sust264/sust264_hakkinenj.pdf ; Jaakko Häkkinen. Uralic Evidence for the Indo-European Homeland // http://www.elisanet.fi/alkupera/UralicEvidence.pdf ; Asko Parpola. Formation of the Indo-European and Uralic (Finno-Ugric) Language Families in the Light of Archaeology: Revised and Integrated ‘Total’ Correlations // https://www.sgr.fi/sust/sust266/sust266_parpola.pdf ) помещает прародину уральской семьи языков на юг Западной Сибири и датирует существование обшеуральского языка IV тыс. до н.э. Уральские заимствования в юкагирском свидетельствуют, что носители раннего прауральского языка были соседями носителей раннего праюкагирского. Нет свидетельств присутствия раннего прауральского языка восточнее Верхнего Енисея, как нет свидетельств присутствия раннего праюкагирского западнее его. Таким образом, зоной контакта между ранним прауральским и ранним праюкагирским была область Верхнего Енисея. Оттуда носители раннего прауральского ок. 3000 г. до н.э. начинают распространяться на запад к Уралу и дальше в Восточную Европу.

В лесной зоне Восточной Европы уральцы вступили в контакт с «палеоевропейцами» Волосовской и родственных ей культур. Следом ассимиляции последних является присутствие в финно-угорских языках Европы чуждых уральской фонетике сочетаний звуков – таких как сочетания шипящего с носовым (*šm, *śn, *šń), присутствующие в ряде слов финно-пермских языков. По мере продвижения на запад (в волжско-финских, балто-финских и саамских языках) количество таких слов возрастает, и появляются слова с другими чуждыми уральской фонетике чертами – геминированными носовыми (*mm, *nn) и конечным *s. В число вероятных заимствований из языка волосовцев входят названия дуба, клёна и орешника.


В III тыс. до н.э. носители уральского языка территориально помещаются между Средней Волгой и Уралом с центром в области Гарино-Борской культуры на Каме и Вятке. В том же тысячелетии по лесной полосе Восточной Европы распространяются с юго-запада индоевропейцы. В раннем и среднем прауральском выделяются два слоя индоевропейских заимствований – северо-западный (пра-германо-балто-славянский) и южный (пра-индо-иранский). Западный связывается с Фатьяновской археологической культурой, южный – с Абашевской. Две эти культуры встречались как раз в регионе Средней Волги и Нижней Камы, где обитали уральцы.



После 2000 г. до н.э. носители финно-угорских языков начинают постепенное расселение на запад, достигая современной территории Финляндии примерно к 500 г. до н.э. Их предшественниками на этих землях были преимущественно индоевропейцы. Распространение уральских языков осуществлялось в основном посредством инфильтрации и не приводило к физической смене населения, поэтому все современные финно-угорские народности Восточной Европы являются генетически в большей или меньшей степени индоевропейцами.

Из индоевропейцев уральцы в ранний период своей истории испытали наиболее значительное языковое влияние со стороны индо-иранцев и иранцев. Это влияние происходило в течение нескольких тысячелетий, начиная с III тыс. до н.э., когда его источником были пра-индо-иранцы Абашевской культуры. Во II тыс. до н.э. оно исходило в основном от носителей Поздняковской культуры, которую создали в Волго-Окском междуречье переселенцы из области иранской Срубной культуры. Поздняковская культура, возникшая около середины II тыс. до н.э., занимала тысячекилометровую полосу в южной зоне лесов вдоль границы с лесостепью. Её центр находился на Верхней и Средней Оке, на севере она достигала Верхнего Поволжья, на западе – бассейна Десны, на востоке – правобережья Средней Волги.



Поздняковская культура известна по своим поселениям и могильникам. Жилища поздняковцев представляли собой четырёхугольные полуземлянки со стенами столбовой конструкции и двухскатными крышами. В ранний период могильники были курганными, позднее они сменяются грунтовыми. Захоронения, как правило, производились путём ингумации, реже кремации. Курган имел до 1 м в высоту и до 10-12 м в диаметре, под ним обычно находилась могильная яма с одним погребением. Тело в яму клали в скорченном положении, чаще всего головой на север. Погребальный инвентарь включает керамику, бронзовые украшения, кремнёвые наконечники стрел, ножи-скребки, бронзовые наконечники копий и кинжалы. О земледелии свидетельствуют серпы из кремня и бронзы.


Жилище Поздняковской культуры


Оружие и керамика Поздняковской культуры

После 1000 г. до н.э. Поздняковская культура была ассимилирована культурой Сетчатой керамики. Впоследствии в течение длительного времени языковое влияние на финно-угров оказывали преимущественно кочевые иранцы южнорусских степей вплоть до их исчезновения под натиском тюрков в середине I тыс. н.э. Индо-иранских и иранских заимствований в уральских языках много десятков, и они касаются самых разных сфер. Приведём самые надёжные и важные из них.

В некоторых случаях одно и то же слово заимствовалось несколько раз в разных формах. Так, саам. geavli «круглый предмет; сияние вокруг Солнца или Луны» восходит к прауральскому *keklä, источником которого является ранняя пра-индо-иранская форма *keklo- слова «колесо» (< ПИЕ *kʷekʷlo-), заимствованная до индо-иранского перехода l > r. Уже после этого перехода то же слово было заимствовано в прауральский как *kekrä и в конечном счёте дало саам. geavri «круглый предмет: кольцо лыжной палки, кольцо, бубен (шамана и пр.)» и фин. kekri «языческий праздник Нового года». Судя по семантике заимствованных слов, само колесо при этом у уральцев пока ещё распространения не получало. То же слово для обозначения собственно колеса было заимствовано волжскими финнами уже из иранского – морд.-эрзя čari, морд.-мокша šari (< ир. čarx). Индо-иранское происхождение имеют уральские названия оглобли (морд.-эрзя ažja, удм. uajiž, коми. vož – ср. авест. aiša-) и плети (венг. ostor, манси aštər, удм. orys, коми-перм. ors – ср. авест. aštrā-).

Из индо-иранского финно-угры заимствовали названия коня (ПИИ *aćva- «конь» > ПУ *oč(w)a «жеребец» > удм., коми-зыр. už, мар. ožo), жеребёнка (ПИИ *vr̥šan- «самец: бык, баран, жеребец» > ПУ *varsa «жеребёнок» > эст. vars, вепс. varz, лив. vãrza), телёнка (ПИИ *watsa- > ПУ *wasa > фин. vasa, эст. vasikas, морд.-эрзя vaz), барана (ПИИ *mayša- > коми-зыр. mež «баран», удм. miž «шерсть»), свиньи (ПИИ *porćo- «свинья» > ПУ *porśas > фин. porsas, эст. põrsas, морд.-эрзя purtsos, коми-зыр. porś, удм. parś) и кабана или борова (ПИИ *voraźha- > ПУ *voras > фин. oras, вепс. orač, морд.-мокша uroś, urozi). Последние два слова могли прийти из языка только лесных индо-иранцев, потому что их степные собратья свиноводством не занимались. К области скотоводства относится также название рога (в т.ч. пастушеского рожка) (саам. *čoarve, фин. sarvi, морд.-эрзя śuro, мар. šur, коми śur, венг. szarv – ср. авест. suwrā-, sruva-).

О заимствовании финно-уграми у индо-иранцев пчеловодства свидетельствуют такие слова, как «пчела» (ПИИ *mekši- > ПУ *mekše > фин. mehi-läinen, морд.-эрзя mekš, венг. méh), «мёд» (ПИИ *medʰu- > ПУ *mete > фин. mesi, морд.-эрзя med’, венг. méz) и «воск». Коми-перм. maśis «воск» точно соответствует индоарийскому композиту madhu-śiṣṭa-, букв. «оставшееся от мёда», который не засвидетельствован в иранском, как и вообще производные от глагола *śis- «оставлять». В мордовском, марийском и удмуртском в значении «воск» употребляется вторая часть этого композита.

Воск являлся материалом для литья металла. О влиянии индо-иранской металлургии на финно-угров свидетельствует заимствование названий таких орудий, как топор, молот или палица (она же ваджра как оружие индо-иранских богов – Индры и Митры) (ПИИ *vazra- > ПУ *vaśara > саам. væččer «молот», фин. vasara «молот», эст. vasar «молот», морд.-эрзя uźeŕ «палица») и шило (ПИИ *ārā > ПУ *ora > фин. ora, морд.-эрзя uro, венг. ár). В число важных инструментов входят веретено (ПИИ *kestro- > ПУ *kesträ > саам. gearsi, фин. kehrä, keträ, вепс. kezr, морд.-эрзя št’eŕe) и верёвка (в т.ч. узда) (ПИИ *rećmi- > ПУ *reśmä > саам. reašmi, морд.-эрзя riśme).

Об источнике навыков земледелия у финно-угров свидетельствует заимствование ими индо-иранского слова со значением «злак, ячмень, просо» (ПИИ *yeva- > ПУ *yuwa > фин. juvä «зерно, злак, семя», морд.-мокша juv «мякина», удм. ju «посевы, хлеб, зерно, жито»). К этой же сфере можно отнести слова «хлеб» (ПИИ *ni-kan- «зарывать (в горячую золу)» > коми-зыр. ńań, удм. ńań, манс. ńäń, хант. ńåń) и «пиво» (ПИИ *sura- > удм., коми sur).

Роль торговли во взаимоотношениях между финно-уграми и индо-иранцами засвидетельствована множеством слов, в число которых входят «торговля» (ПИИ *wosa- (ср. индоар. vas-nam «цена») (< ПИЕ *wes- «покупать») > мар. uža «цена», удм., коми-зыр. vuź «товар; торговля», фин. osta- (*wos-ta) «покупать», саам. oasti- «покупать»), «цена» (ПИИ *argha- > ПУ *arwa > фин. arvo, венг. ár, árr), «золото» (ПИ *zaranya- > ПУ *serńa > морд. сырне, удм., коми-зыр. zarni, хант., манс. sorni), «сто» (ПИИ *ćata- > ПУ *śata > саам. čuohti, морд. śado, удм. śu, хант. sàt, манс. seet, венг. száz) и «тысяча» (ПИИ *źhasra- > ПУ *śosra > удм., коми-зыр. śurs, манс. sōtər).

В области духовной жизни индо-иранское происхождение имеет финно-угорское слово со значением «бог» (ПИИ *dyuma(n)t- «небесный, светлый» > ПУ *juma «небо, бог» > фин. jumala, эст. jumal, мар. jumo, морд.-эрзя jondol «молния», букв. «огонь бога»). Заимствованное из индо-иранского слово «столб» (ПИИ *stambha- > ПУ *sampas > фин. sammas, sampas, эст. sammas, sambas «столб», в т.ч. мировой) дало в финском название Сампо – чудесной мельницы, производящей богатство (в финских представлениях о ней видят отголосок индоарийского мифа о пахтании Богами молочного океана при помощи мировой горы, которое производит разнообразные блага).

В области общественных отношений индо-иранское происхождение имеет финно-угорское слово «господин» (ПИИ *asura- > ПУ *asira > морд. azoro, коми-зыр. ozyr, удм. uzyr, манс. uutər). Любопытно, что в ряде финских языков слово со значением «раб» происходит от самоназвания индо-иранцев «арий» (ПИИ *arya- > ПУ *orja > фин. orja «раб», вепс. orj «раб», эст. ori «раб», морд.-эрзя uŕe «раб, наёмный работник»). Это свидетельствует о военных стычках, вследствие которых финны обращали захваченных в плен индо-иранцев в патриархальное рабство. В саамском языке от того же этнонима происходят слова со значением «юг» (oarji) и «южный» (årjel).

Ещё более красноречиво о тесных связях уральцев с индо-иранцами и другими индо-европейцами в лесной полосе Восточной Европы, сопровождавшихся зачастую сменой языка, свидетельствуют этнонимы финно-угорских народностей, большинство из которых имеют индо-европейское происхождение. Среди них преобладают разнообразные производные от ПИЕ глагольного корня *mer- «умирать» со значением «смертный, человек».

Одно такое производное *meryo- дало название народности меря, впервые упоминаемой в форме Merens готским историком Иорданом в VI в. н.э. Судя по его форме, предшествующей переходу e > a в индо-иранском, этот этноним мог быть заимствован ещё от носителей Абашевской культуры. Уже в форме после указанного перехода (marya) данное слово использовалось на Ближнем Востоке позднего бронзового века как обозначение колесничного бойца. Эта же поздняя форма была заимстована в марийский язык в значении «человек, мужчина» и стала самоназвание марийцев (mari). Она также проникла в языки Кавказа (чеч. mār, māri, majr, ингуш. mar «человек, мужчина, муж»).

Другое производное от ПИЕ глагольного корня *mer- дало этноним мордва, который восходит (за вычетом славянского собирательного суффикса -ва) через mord к ПИИ *mórto-. Впервые он упоминается в форме Mordens Иорданом в VI в. и потом в форме Μορδία Константином Багрянородным в X в. Как и *meryo-, он попал в финно-угорский до характерного преобразования индо-иранского вокализма (в данном случае перехода o > a), что говорит о его раннем заимствовании. Ещё раз то же слово было заимствовано уже после указанного перехода и дало фин. marras, основа marta- «мёртвый; человек».

Построенное по такой же схеме слово, но с ударением на суффиксе (ПИИ *mr̥tá-), было заимствовано в финно-угорские языки как *mertä «смертный, человек» (> морд.-эрзя mirde, морд.-мокша mirdä, удм. murt, коми mort). Оно же является вторым элементом в этнониме удмурт, первый элемент в котором ud (ранее od) родственен мар. odo «удмурт» и старому русскому названию удмуртов «вотяки» (с протетическим в- и суффиксом -як).

Вкратце перечислим другие названия финно-угорских народностей индоевропейского происхождение. Этноним эрзя происходит от иранского *aršan- «мужчина, воин, герой», мокша – от названия реки Мокши (< ПИИ *moc- «проливаться, утекать, освобождаться» – ср. индоар. mokṣa- «свобода»). Название угров (др.-рус. Югра «обские угры», коми jögra «манси и/или ханты») и, возможно, венгров происходит от ПИИ *ugrá- «сильный». Источник этнонимов манси и мадьяры (возможно также мещера) – индо-иранское слово *man- «человек». Название води – балтское по происхождению (ср. лит. vãgis «крюк», лат. vadzis «клин»), чуди – германское (родственное самоназванию немцев Deutsch). Этноним финн и название страны Финляндия происходят от прагерманского слова *feznaz «мужчина», которое, в свою очередь, восходит к ПИЕ *pesos «пенис». Имя одного из двух основных древнефинских племён, давшее финское название Финляндии Suomi (др.-рус. сумь), восходит к ПИЕ *ǵʰm̥ōn «человек», имя другого древнефинского племени Häme (др.-рус. емь) – к ПИЕ *dʰeǵʰōm «земля». От того же слова, заимствованного через балтские языки (ср. лит. žeme, лат. zeme «земля»), происходит самоназвание саамов (sāme). Другое индоевропейское слово со значением «человек» *wiros дало эстонское название Эстонии Viru(maa) и её финское название Viro (название Eesti(maa) закрепилось за Эстонией только в XIX в., ранее оно обозначало балтов и по происхождению тоже является индоевропейским).



Tags: ККК, индоевропейцы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo matveychev_oleg февраль 3, 2019 18:05 75
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments