matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

«Разрушенные стены, всюду кровь» Как НАТО стирала с лица земли Югославию

Двадцать лет назад, 24 марта 1999 года, авиация НАТО обрушила на Сербию бомбовые удары. Альянс намеревался уничтожить военно-экономический потенциал страны, но больше всего пострадало мирное население. Операция, продолжавшаяся 78 дней, истощила страну и унесла тысячи жизней. Сербии пришлось уйти из Косово, это предопределило окончательный развал Югославии. Корреспондент РИА Новости побывала в Белграде и поговорила с людьми, лично пережившими трагедию.



Заглушить сигнал из Белграда

— Как думаешь, ударят по нам сегодня?

— Да нет, не будут они бомбить. Видела журналистку из Канады? Она к нам пришла сюжет передавать. Не станут же они бить по своим.


В ночь на 23 апреля литературный редактор Ела Дубаич, как обычно, пришла на ночную смену в комплекс государственного радио и телевидения в центре Белграда. За несколько часов до этого закончились очередные переговоры представителя России Виктора Черномырдина и президента Финляндии Марти Ахтисаари по урегулированию "балканской проблемы", Ела отслеживала точность перевода их заявлений. Ближе к ночи политики улетели из города, в небо поднялись истребители НАТО. Воздушная тревога в тот вечер прозвучала позже обычного — не в восемь, а в половине одиннадцатого.



Бомбардировщик ВВС США В52 на авиабазе в Фэрфорде. 29 марта 1999

Накануне военные НАТО снова предупредили: будем бомбить телецентр, это наша легитимная цель, потому что там занимаются «белградской пропагандой». Какой это уже было раз, пятый? Сотрудники привыкли к опасности, выбора у них все равно не было — хорошо работать можно было только из этого здания. Такой технической оснащенности больше не было нигде в Югославии. Всем, кто боялся, разрешили не выходить на ночные смены.

Елу успокаивал коллега, молодой парень. Действительно, западные репортеры тоже пользовались этим телецентром. Это казалось гарантией, что здание не уничтожат. Через полчаса журналист погиб.


Редактор новостей Душан Убович и Ела Дубаич у здания разрушенного телецентра

В два часа ночи Ела смотрела новости. Она находилась на четвертом этаже, как и остальные двадцать человек из ее группы. В 2:06 на экранах появились помехи, здание затрясло, а с потолка посыпалась побелка. Сейчас сложно вспомнить, что было сначала: то ли грохнуло, то ли тряхнуло (потом несколько дней все тело ныло, словно от сильнейшего удара). Она вскочила и закричала: "В почту, они попали в почту!" Это соседнее здание, за церковью. Когда осознали, что стены рушатся именно в телецентре, возникла паника, планы эвакуации были позабыты, люди побежали не в ту сторону, суетились. Выбраться помог охранник.

В этот момент на втором этаже соседнего корпуса Душан Убович, режиссер утренней программы, готовил сводки произошедшего за ночь к шестичасовым новостям. Накануне вечером коллеги из BBC и CNN предупредили: телецентр будут бомбить. "Я пожал плечами: что, опять?" — признается Душан. Предупреждали уже не раз. Его группа из тринадцати человек оказалась в семи метрах от того места, куда попала ракета.



«Первое, что помню: потрогал себя — целый. Бросился к выходу, потом развернулся — нужно же помочь людям», — вспоминает Душан. Вместе с охранником, ветераном войны в Хорватии, они вдвоем пробежали по всем кабинетам, открывали двери: «Есть кто живой? Помочь?» И только потом выбрались на улицу. «Я обошел здание и обалдел: всюду кровь, части тел. Это самое страшное, что видел», — продолжает Душан. Но ужас охватил позже: сначала доделал работу, вернулся домой, посмотрел телесюжет о бомбардировке, и вот тогда его «накрыло» — весь затрясся мелкой дрожью.

Той ночью погибли 16 человек. «Божье провидение, что не было пожара, — говорит Ела. — Жертв было бы куда больше».


Белград во время бомбардировки

Двадцать лет спустя Душан и Ела показывают корреспонденту РИА Новости разбомбленный телецентр. Полуобвалившееся здание так и стоит в самом центре города, по этажам бегают кошки: сначала не было денег, потом не было плана, сейчас нет идеи, как бы организовать пространство. У входа — немой крик «ЗАШТО?», выбитый на памятной доске. Ее установили родственники погибших. Ела грустно улыбается и поправляет волосы: «И никто не ответит за это преступление».


Бомбардировка Югославии силами НАТО

После бомбардировок виновным пытались назначить генерального директора телекомпании — за плохую эвакуацию. Душан словно до сих пор изумляется этому: «Абсурд! Нас разбомбила авиация НАТО, а виноват директор!»

Принуждение к миру бомбами

«Это место уже бомбили люфтваффе, в 1941 году они устроили сербам «Кару» — так назвалась операция. Через двадцать лет для генштаба построили новое здание, его разбомбили уже американцы».

Александр Животич — профессор кафедры истории Югославии философского факультета Белградского университета. Прекрасно говорит по-русски, часто приезжает в Москву.

Генштаб югославской армии и Министерство обороны разбомбили через неделю после телецентра, 30 апреля. Тогда погибли трое, несколько десятков были ранены. Бомбили ночью, удары нанесли точно, жилые дома вокруг не пострадали.

Сегодня генштаб выглядит скорее как недострой. Земля здесь дорогая, и не исключено, что в ближайшее время тут появится что-то новое.

Животич показывает на другую сторону улицы — там было посольство США. Теперь оно переехало.


Белград. Здание генштаба с последствиями бомбардировок НАТО



В 1999-м Александру было 17. Он прекрасно помнит, как после введения режима ЧП встревоженные жители звонили друг другу, как в первую ночь не спали, как испытали воодушевление от первых успехов. «По телевизору говорили, что противовоздушная оборона Югославии может противостоять НАТО, а корпус в Косово и Метохии проводит большую антитеррористическую операцию», — рассказывает Александр. Жизнь в Белграде изменилась, на улицах было много военных, горожане помогали армии сигаретами, едой, давали ночлег солдатам. Школы не работали, каникулы затягивались. Люди прятались в бомбоубежищах, в подвалах, но это не гарантировало безопасность.



«За три месяца агрессии погибли пятьсот военных и три тысячи гражданских, — продолжает Александр. — Бомбили в основном по ночам, но случалось и днем. В городе Ниш разбомбили рынок в выходной день, когда люди отправились за покупками. Бомбили мосты, больницы. В Алексинаце уничтожили не местный гарнизон, а центр города (это произошло 5 апреля, погибло не менее пяти человек, разрушили благотворительный медицинский пункт. — Прим. ред)».

Вообще-то бомбить собирались военную инфраструктуру. Западные СМИ писали, что сербские власти занимались «этническими чистками» в Косово и поэтому НАТО вынуждена вмешаться.


Беженцы из города Печ направляются в сторону черногорской границы. 29 марта 1999 года

У албано-сербского конфликта вековая история. Албанцев в Косово становилось все больше, и хотя край был автономным, подпольные группировки боролись за полную независимость.

Сербское руководство пыталось сохранить территориальную целостность, особенно Косово — исторический центр Сербии со множеством православных святынь.

В 1998 году албанские боевики взялись за оружие, создав Освободительную армию Косово. В Сербии их действия считали террористическими и предприняли ответные меры. Западные страны потребовали от властей Союзной Республики Югославия (СРЮ) и руководства косовских албанцев прекратить огонь и сесть за стол переговоров. Представители сербов и албанцев встречались в феврале — марте 1999 года в Рамбуйе и Париже, но компромисса не достигли. Президент СРЮ Слободан Милошевич отказался подписать военные приложения к договору об урегулировании кризиса.

Милошевича решили принудить к миру бомбами.

Двадцать четвертого марта 1999 года без санкции Совета Безопасности ООН Североатлантический альянс начал военные действия.

Воздушную операцию назвали «Союзная сила», американскую кампанию в ее рамках — «Благородная наковальня» (Noble Anvil).


Приштина после бомбардировки НАТО

«Жители Приштины тоже не верили, что это начнется. К нам в больницу привозили и сербских солдат, и албанских сторонников армии независимого Косово. Конечно, размещали в отдельных палатах, но в больнице, знаете, не до конфликтов», — разговор происходит на самой границе Сербии и Косово — городе Косовская-Митровица. Этническое разделение здесь четкое: севернее реки Ибар живут сербы, южнее — албанцы.

Собеседник корреспондента РИА Новости Раде Грбич — ректор Приштинского университета с временным пребыванием в Митровице. Временное пребывание затянулось уже на двадцать лет. Все предки Раде Грбича из Косово, а сам он весной 1999 года работал в медицинском центре в Приштине. Самое плохое, вспоминает врач, что в больнице не хватало препаратов для новорожденных детей. В самом начале бомбардировок за два дня умерли восемнадцать младенцев. Несмотря на религиозные и этнические различия, медики продолжали исполнять свой долг. Работали бы и дальше, однако после операции НАТО они были вынуждены покинуть Приштину. Возможно, навсегда.

«Сначала уехала моя семья, потом я, — подытоживает Раде. — Оставаться было невозможно, это стало окончательно ясно, когда без вести пропал очень известный в Приштине врач. Двадцать лет прошло, а до сих пор неизвестно, что с ним стало».

Промахи авиации

Иногда под сводами Народной скупщины Сербии звучит гимн Советского Союза. Это звонит мобильный телефон у депутата Сербской радикальной партии, генерала в отставке Божидара Делича. Он установил этот рингтон, когда в Скупщину приезжала верховный представитель ЕС Федерика Могерини. Чтобы помешать ее выступлению, телефоны всех членов радикальной партии не переставая трезвонили «Союз нерушимых». Правда, это мелкое хулиганство осталось незамеченным.


Депутат парламента, генерал в отставке Божидар Делич

Корреспондента РИА Новости Делич встретил на ступеньках Скупщины в Белграде. Это сейчас он депутат, а в 1999 году командовал южным фронтом. Казарму в Призрени, где размещался его штаб, бомбили 138 раз за три месяца. В одну из ночей насчитали 47 ударов.

Начало бомбардировок Делич помнит прекрасно, говорит, что знал о них еще за две недели. За сутки получил директиву: атака будет, готовьтесь. Натовцы, по его ощущениям, действовали шаблонно, и шаблон этот было легко просчитать: «Мы их тогда переоценили: думали, они нас за две недели сотрут в порошок!»



Рассказывает спокойно, но не сдерживает эмоции, когда речь заходит о снарядах с обедненным ураном — крайне токсичных и, по мнению ряда экспертов, провоцирующих раковые заболевания. После войны в НАТО сообщили, что в операции использовали 30 тысяч таких боеприпасов, но сербские военные категорически этому не верят. «Даже если увеличить в десять раз, все равно не будет соответствовать действительности! — убежден Делич. — У них было 44 штурмовика А-10, которые действовали три месяца».

В ответ на вопрос о том, почему погибло так много гражданских, если целью операции были военные, Делич напоминает: «А вы еще учтите, что в воздушных атаках НАТО погибали и албанцы. Когда самолеты альянса разбомбили албанское село (погибли 87 жителей деревни Кориша близ Призрена. — Прим. ред.), пытались обвинить сербов, но наша авиация в тот момент просто технически не могла там присутствовать. Ошибку американцы признали, только когда увидели кадры с неразорвавшейся ракетой — их ракетой».


Детская игровая площадка после обстрела


Разрушенная православная церковь в городе Вуковаре


Развалины католического собора - то, что осталось после войны

Генерал продолжает перечисление «промахов» авиации альянса: в сербском городе Сурдулица разбомбили больницу и дом престарелых (атака была 27 апреля, погибли 16 человек), на мосту Грделичка — пассажирский поезд (12 апреля, многие пропали без вести).

«Извинения? — удивляется он вопросу. — Их никогда не было».

Неком рат, неком брат

Бомбардировки прекратились 9 июня 1999 года, после того, как представители армии Югославии и НАТО в македонском городе Куманово подписали договор, согласно которому сербские военные и полиция выводились из Косово, взамен туда входили международные силы. За неделю до этого Слободана Милошевича вынудили подписать предложения, больше похожие на капитуляцию. Но коридора возможностей уже не было, Белград принимал это решение в тяжелейших условиях.


Вид на Белград

До сих пор точно не установлено, сколько же военных и гражданских погибло в ходе бомбардировок. По оценкам властей Сербии — порядка 2,5 тысячи человек, включая 89 детей. Ранения получили 12,5 тысячи человек.

«Я родился в Косово, это был мой дом, который я защищал. Не для всех солдат этот край был родной, и я думал, им конец войны принесет облегчение. Но ошибался — никто не радовался», — вспоминает генерал Делич.


Боснийская женщина плачет, наблюдая по телевизору за судом над Слободаном Милошевичем. 14 февраля 2002 года


Бывший президент Югославии Слободан Милошевич во время выступления перед трибуналом по военным преступлениям в Гааге. 3 июля 2001 года


Косово. Мемориал на Косовом поле

Потом был Международный трибунал по бывшей Югославии в Гааге, на котором Делич трижды выступал свидетелем и провел там в общей сложности 95 дней. По его словам, с самого начала было ясно, что накажут в основном сербов. Так и вышло: почти 70 процентов осужденных — сербы.

В 2000 году, когда в Белград пришла новая власть и Милошевич был свергнут, Делича поторопились уволить с поста командующего Белградским корпусом. Перевели в Генштаб на малозначительную должность, а в 47 лет и вовсе отправили на пенсию. Он судился, обжалуя это решение, и выигрывал. Но в Минобороны отвечали, что генерала просто некуда брать. Теперь Делич работает в парламенте, продвигает закон о ветеранах. В республике есть закон о семьях погибших, есть об инвалидах, но нет четкого статуса ветерана и сопутствующих ему социальных гарантий. Сильного профсоюза военных в стране тоже нет.



В родном селе Делич был в последний раз в 2007 году. Конечно, инкогнито. В самом Косово — в 2012-м. Он уверен: той войны нельзя было избежать.

Ела Дубаич каждый год 23 апреля отмечает на работе второй день рождения — новый телецентр находится по соседству с разбомбленным зданием. Там же работает и Душан Убович — редактором информационного вещания главных вечерних новостей. «Решение властей принять те условия казались единственным способом остановить безумие. Но сейчас я оглядываюсь назад — и мое мнение меняется», — признается Душан.

А Елена напоминает сербскую пословицу «Неком рат, неком брат», по смыслу похожую на нашу «Кому война, а кому мать родна». Больше всего ее печалит, что за двадцать лет в Сербии не появилось большой книги о той трагедии: «Может быть, еще свежа боль… Но это единственный способ сделать так, чтобы помнили».

«Эта история не закончена, — подчеркивает Душан. — Бомбили школы, мосты, автобусы — это ведь преступление, и чем сильнее они пытаются скрыть правду, тем сильнее она выстрелит. Может быть, я этого уже не увижу. Но это не так важно».


Белград. Здание телецентра с последствиями разрушений от бомбежек НАТО


Душан Убович и Ела Дубаич на фоне разрушенного телецентра


Парк с детской площадкой рядом с телецентром


На одной из улиц Белграда


Белград. Церковь Марка Евангелиста

Вскоре после окончания бомбардировок сербов из Косово изгнали. Югославия распалась на Сербию и Черногорию. Милошевич умер в 2006 году в тюрьме в Гааге, процесс по его делу так и не завершили. В 2008-м косовско-албанские структуры в Приштине в одностороннем порядке провозгласили независимость от Сербии. Россия самопровозглашенную республику не признает.

Поврежденные бомбардировками здания Белграда вскоре могут исчезнуть. Планов создания большого мемориала пока нет.



Татьяна Меликян
Источник


Tags: НАТО, США, Югославия, война
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo matveychev_oleg февраль 3, 18:05 60
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment