matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

Переслегин так же за ограничения информации о терактах в СМИ

- Есть только одна возможность реально бороться с террористическими актами — советская. Если вы помните, в Советском Союзе были теракты, хотя и не много, но о них никто и никогда ничего не слышал. Никто, кроме единиц, которые были заняты безопасностью, или диссидентов, которые занимались особым сбором информации. Население в целом ничего об этих актах не знало. Даже действительно скандальные истории типа семьи Овечкиных в то время оставались практически неизвестными. Поэтому единственной реальной борьбой в этом смысле является не освещение теракта в каком-нибудь ключе, например, относительно его жестокости и так далее, а просто неосвещение его вообще.

Приведу вам интересный пример. В свое время Россия очень страдала от волжского речного пиратства, страдала до того момента, пока царь Алексей Михайлович не заявил: волжского речного пиратства у нас нет и не будет, а все жалобы купцов на пиратов являются ложью, за которую купцов царь приказал бить батогами. Самое смешное, что с этого момента речное пиратство на Волге практически сошло на нет, потому что исчезла возможность «пилить деньги» на основании контактов между пиратами и купцами, т.е. исчезла материальная база для деятельности пиратов. Поэтому я считаю, что у нас должна быть похожая политика: позиция типа «а у нас терроризма нет, мы не знаем, что это такое».

- А как, в этом смысле, «бороться» с таким источником информации, как Интернет?

- При желании можно. Любые сайты достаточно легко закрыть, если в этом есть необходимость. Простой пример — нового Гарри Поттера в сети найти уже невозможно, на моих глазах за несколько дней были закрыты 15 сайтов. И сайты можно закрывать не навсегда, а лишь на время. Через неделю их можно будет открыть — никого эта тема уже интересовать не будет. Другой вариант: вы маскируете эти события существенным выбросом абсолютно другой информации, например, о раскрытии теракта, произошедшего где-нибудь в Андалузии. При этом совершенно не принципиально, был там этот теракт или нет.

И, наконец, можно даже совершенно спокойно публиковать информацию о терактах, но до этого людей надо воспитать таким образом, чтобы они не относились к этой информации как к информации будоражащей, возбуждающей. Т.е. чтобы на это была абсолютно спокойная реакция, примерно соответствующая реальным масштабам происходящих трагедий.

В прошлом году Россия потеряла от преступлений, террора, разного рода насильственных смертей около 2,5 тысяч человек. Это много. Но при этом на дорогах мы потеряли 8 тысяч человек, и это совершенно никого не ужасает и не задевает. Вот когда люди научатся сравнивать информацию таким образом, воспринимать теракты не столь эмоционально — на них будет гораздо сложнее воздействовать террористическими методами. Информацию о терактах они просто будут класть под общее сукно: есть угроза попасть под машину на улице, а есть еще угроза террора, гораздо более слабая. Никто ведь не боится выйти на улицу из-за того, что его может сбить машина.

- Но ведь люди, боясь терроризма, в первую очередь боятся неопределенности?

- Вот именно. Проблема сегодняшнего дня, которой очень много занимаются в Японии и в Соединенных Штатах и гораздо меньше у нас — это действия в условиях неопределенности. Это одна из фундаментальных задач, и проблема террора — это просто часть этой задачи. К этим действиям относится и техногенные катастрофы, которые сами по себе в перспективе гораздо опаснее терактов, и политические катастрофы. Я имею в виду, что террор террором, но вообще-то всегда может произойти политическая катастрофа, которая выльется в небольшую войну, и не только где ни будь в Руанде, где это случается регулярно, но и, например, в Европе. Вот такого типа вещами следует заниматься и готовить к ним население, и об опасности таких ситуаций следует писать.

Мир стал чрезвычайно сложным, он переусложнен. Сегодня те вещи, которые раньше были почти безобидными, в момент, когда они сочетаются в совокупность из 10-15 различных факторов, могут привести к реальным серьезным проблемам и жертвам. И террор — верхушка айсберга, далеко не самая опасная. Ни отдельный человек с улицы, ни эксперты, ни политические структуры в условиях переусложненного мира и неопределенности действовать не умеют. И это действительно проблема.

- И как ее решить?

- Эта задача пока не решена даже теоретически. У американцев уже более 10 лет проблемой действий в условиях неопределенности занят их основной исследовательский центр «Фабрика мысли». Есть концепция безошибочных действий. Как правило, человек, всегда интуитивно внутренне ощущает, когда он делает что-либо не правильно, и не важно, чем это объясняется. Но мы не умеем прислушиваться к этим ощущениям. Вот если мы научимся, то мы сделаем очень большой шаг вперед по направлению к безошибочным действиям, а это очень много проблем решит, в том числе и в области террора. Вторая возможная логика — обучение людей действиям во время хаоса. Людей следует обучать, невзирая на хаос, выдерживать определенную линию поведения.

И, наконец третье, очень важное. На самом деле террор страшен фактом смерти. Вспомните: христиане никогда не боялись смерти. Сейчас смерти не боятся верящие в Аллаха или ни во что не верящие японцы. Вот о том, что страх смерти является чрезвычайно негативным и опасным социальным фактором — об этом надо говорить и писать. Человек, не боящийся смерти, не подвержен угрозам террора. Против него бесполезны теракты.



Tags: via ljapp, СМИ, терроризм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo matveychev_oleg february 3, 2019 18:05 88
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 18 comments

Recent Posts from This Journal