matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

Categories:

Современный мир убивают попытки «забыть о смерти»

Западная постхристианская цивилизация стремится избавиться от памяти смертной, убежать от неё, и только Россия никак не поспевает за этой суицидальной гонкой



Памяти члена Приходского совета московского единоверческого храма Святителя Николы в Студенцах чтеца Димитрия Фурцева, ушедшего в Вечность 21 января 2019 года на 47-м году земной жизни...

Почему на современном Западе столь распространён культ «вечной молодости», а в качестве «молодильных яблок» выступает не просто «ЗОЖ», а новомодный биохакинг, среди прочего не чуждающийся генетической модификации людей (лишь бы придать им иллюзию бессмертия)? Почему наряду с активной пропагандой прав на убийство нерождённых младенцев и эвтаназию сегодняшние «хозяева жизни» стараются продлить свой предпенсионный возраст до бесконечности?


Почему информация об использовании эмбриональных стволовых клеток в омоложении столь напоминает истории о кровавых «молодильных ваннах» графини Батори, а многие престарелые «хозяева» современного Запада наводят на мысли о «каннибальской терапии»? Так, только навскидку – Ги де Ротшильд (1909 – 2007), Дэвид Рокфеллер-старший (1915 – 2017), Рональд Рейган (1911 – 2004), Джордж Буш-старший (1924 – 2018), Джимми Картер (р. 1924), Генри Киссинджер (р. 1923), наконец, «мальчишка» Джордж Сорос (р. 1930) – и это только вершина геронтократического «айсберга».

Почему подростковые культы смерти (всевозможные «скелетоны», фильмы и даже мультсериалы о вампирах и прочей нечисти, суицидальные группы в социальных сетях и тому подобное) сочетаются с тотальным инфантилизмом взрослых в этом же вопросе? Наконец, почему о самой смерти на некогда христианском Западе всерьёз предпочитают не только не говорить, но и не вспоминать? И как итог – избавление западного мира от многовековых погребальных традиций, становящихся накладными для «простых смертных». Вплоть до того, что во многих американских и европейских городах ежегодно растёт число невостребованных тел.

И ещё десятки и десятки «почему» в этом сложнейшем вопросе, разобраться в котором едва ли возможно, но поразмышлять – небесполезно. Попробуем понять, в чём же главное различие «убегающих от смерти» от тех, кто о ней помнит.



Memento mori

Говорят, ещё древнеримские полководцы, возвращаясь из походов с победой, позади себя ставили раба, который должен был регулярно напоминать триумфатору, что тот – простой смертный человек. Так это было или не так, но именно такой версии придерживается в своей «Апологетике» раннехристианский мыслитель Тертуллиан. Позднее это напоминание превратилось в крылатую латинскую фразу «Memento mori» – «Помни о смерти». Фразу, которую очень полюбили западные христиане, придав ей куда больше смысловых граней, чем это было в дохристианском Риме. Так, в некоторых католических монашеских орденах эти слова стали девизом и даже приветствием.

У христиан восточных, православных, как в Новом Риме (Константинополе и Ромейском Царстве – Византийской империи), так и в Риме Третьем (Москве и Государстве Российском) латинские крылатые фразы прекрасно знали, но предпочитали им слова богослужебных текстов. В первую очередь – «Символа веры», где ясно сказано о нашем чаянии всеобщего телесного воскресения умерших во Втором Пришествии Христа, «грядущаго со славою судити живым и мертвым».

«Судить». «Живых и мёртвых». Речь о том самом Страшном суде, о котором мы знаем очень мало, но чей сюжет столь часто видим на храмовых иконах и фресках. Сюжет поистине устрашающий, но позволяющий вспомнить о главном христианском «лекарстве от смерти» – Покаянии. И от которого цивилизация постхристианская стремительно пытается «убежать», считая, что тем самым убегает и от самого Страшного суда и воздаяния. Увы, в последние десятилетия наша страна тоже пытается устремиться за этим «побегом от Вечности», но, вопреки всей логике современного мира и нашим собственным грехам, не поспевает. И потому остаётся Россией Вечной.

«Смерти нет. Но к ней надо готовиться всю жизнь»

«Память смертная» является основой христианского понимания, что на самом деле смерть – штука, скажем так, весьма относительная, поскольку относится только к нашему телу. А по большому счёту – её и вовсе нет, ведь наше неизбежное телесное умирание – это «новое рождение» для Жизни вечной. Но именно поэтому о смерти нужно помнить всегда, чтобы в любой момент, который в мире дольнем, земном может стать последним, быть готовыми к этому рождению.

Слишком сложно и запутанно? Да не то слово! Ведь, как и многое другое в нашем мире, смерть – это не «дважды два четыре», но великая тайна. И потому, сколь бы велика ни была твоя вера и как бы хорошо ты ни знал Священное Писание и святоотеческие творения, постичь границу жизни и смерти, осознать в полной мере, что нас ждёт «за гробом», что такое «вечные муки» и «вечное блаженство», всё равно не сможешь.

Но во все века были проповедники, способные пусть не объяснить детально тайну смерти, но как минимум помочь осознать её масштаб. Так, в одной из своих проповедей тяжелейшего послевоенного 1946 года митрополит Крутицкий и Коломенский Николай (Ярушевич), неслучайно прозванный «Русским Златоустом XX века», произнёс очень важные слова, в том числе – для поддержки людей, в считанные годы потерявших десятки миллионов родных и близких:

Смерти нет, но к смерти надо готовиться всю жизнь, потому что смерть – это дверь в Вечность. Какое это великое, ни с чем не сравнимое счастье – наше бессмертие! Святой Григорий Богослов, рассуждая о бессмертии в одной из своих проповедей, говорит: «У меня дух замирает, когда я представляю себе то нескончаемое будущее, которое лежит предо мной»...

Владыка Николай и Святитель Григорий явно «что-то знали». Впрочем, об этом же знают и наши простые церковные бабушки, в чьих записках уже давно куда больше поминаемых за упокой, чем за здравие. Да-да, те самые бабушки, которые, по меткому выражению одного из православных архиереев советских времён, «бессмертны». Тогда владыка ловко парировал каверзный вопрос «а что же будет с Русской Православной Церковью, когда умрут бабушки, из которых она состоит». По сути, раскрыв западному корреспонденту «главную русскую тайну» – тайну нашего бессмертия.


Митрополит Крутицкий и Коломенский Николай (Ярушевич). Фото: www.pravoslavie.ru

Тайна русского бессмертия

А дело лишь в том, что для русского человека всегда были важны его мёртвые, о которых он молился как о живых. И даже в советские времена, когда нас настойчиво пытались заставить забыть православные обычаи, кладбища оставались одним из главных жизненных пространств каждого из нас. При этом столь свойственного западному человеку страха перед кладбищами, проникшего в голливудскую индустрию всевозможных «ужастиков», у русского человека никогда не было. Напротив – священный трепет и радостная печаль.

Да, к сожалению, за советские годы мы позабыли, что к ушедшим родным и близким нужно приходить на Радоницу – 9-й день по Пасхе, кладбища стали наполняться в само Воскресение Христово. Но, несмотря на то что в пасхальные дни заупокойные литии и панихиды не совершаются, не стоит критиковать пришедших на кладбище. Особенно если они хотят поделиться с пребывающими в Вечности радостью о Воскресшем Спасителе. И именно этим: тем, что у нас есть наши «живые мёртвые», мы и отличаемся от не-людей, у которых их нет.

А потому, когда кто-то из западных или доморощенных либералов попытается вас уязвить, мол, сегодняшняя Россия – уже никакая не «Святая Русь» и никогда ей не станет, стоит открыть им нашу исконно-посконную «военную тайну». Как исторической реальности конкретных столетий её никогда и не существовало. Но она жила и жива в многотысячном сонме наших святых. И чем больше русских людей об этом будет помнить, в том числе и в своих ежедневных молитвах (а ведь «не бывает атеистов в окопах под огнём»), тем ближе мы окажемся к возрождению (не из небытия, но из-под спуда) традиционной русской семьи, русской культуры и, как следствие, русской идентичности.



Разумеется, всё это не сделает современное Государство Российское «Святой Русью», не превратит изрядно пьющего дядю Ваню из соседнего подъезда в Иван-царевича, а Марьиванну из управляющей компании «Жилищник» в великокняжескую ключницу. Но это как минимум вернёт нам веру в наше бессмертие. Как бы того ни страшились несколько процентов русофобов и церквеборцев, в том числе и из высоких кабинетов.

Вы спросите: а как же Запад? И вот здесь нам не стоит радоваться их «гонкам от лафетов», гонкам, загнавшим их из церковных погостов в крематории. Не стоит уподобляться Ницше, цинично рассуждая в его духе: «падающего подтолкни». Западу стоит напомнить ту фразу, которую ещё не так давно там знал каждый: «Memento mori!»

Тюренков Михаил
Источник


Tags: РПЦ, Россия, бессмертие, жизнь, общество, смерть, церковь
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo matveychev_oleg february 3, 18:05 58
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 4 comments