matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

Category:

Эссе о пьянстве

In vino veritas – ложный принцип!

In vino veritas – «истина в вине» - самый распространённый и глупый предрассудок, относительно вина в массовом сознании. Дескать, после выпитого вина, человек теряет самоконтроль или лицемерную маску и показывает то, что он есть на самом деле, в своей истине.

За этим суждением лежит самое гнусное представление о человеческой сущности. Дескать, все мы злы от природы, отвратительны и ужасны, мы обезьяны и глупцы, тогда как все социальное, доброе, моральное, вечное это одно сплошное лицемерие и плод натуги, плод держания себя в руках.

НА самом деле, человек - в сущности и истине - добр и есть образ Божий, а его искажения есть плод попущения атаки бесов  или, если хотите научных терминов,  просто  разбалансирования его нервной системы под действием алкоголя,  от чего Система перестаёт работать.

Грубо говоря:


- человек шатается или падает - означает ли это, что в истине человек на самом деле ползающее существо? Нет, он прямоходящий!

- человек мямлит заплетающимся языком - означает ли это, что он в истине лишён дара речи и членораздельной речи? Нет! Человек в сущности – существо наделенное языком!

 - человек агрессивен к социуму - означает ли это, что он в истине не социален? Человек.  Человек - «животное социальное»!

- не видит опасности - означает ли это, что в истине он самоубийца, слеп и неосторожен? Да нет, человек в истине, как и все живое вообще –то стремиться к самосохранению от природы.


Как раз все и человеческое и природное и сущностное, здоровое с пьянством начинает исчезать. То есть, в человеке может проявляться даже не животная сторона, потому что пьяное животное тоже становиться неадекватным, а с пьянством проявляться то что уводит и от природы и от человечества. Но уж точно как раз человеческой истины собственно человеческой сущности в нем не остаётся. А человеческая сущность в человеке - самое главное. Она и делает его человеком.

Известно, что, например, огромное количество великих людей злоупотребляли спиртными напитками. Из советских и постсоветских людей: такие великие музыканты, актеры , писатели как Галич, Даль, Высоцкий, Довлатов даже умерли от пьянства.

Ну, и когда, например, Олег Даль показывал свои истинное лицо? В своих лучших ролях или когда свиньей лежал под столом? Есенин был настоящим Есениным, когда писал гениальное стихотворение или когда пьяный был свою беременную жену?
Каждый пьяный извозчик мог быть свою беременную жену, но не каждый пьяный извозчик – Есенин!

Пьянство не показывает истину личности человека, а наоборот - низводит личность на общий даже не человеческий, а и даже неживотный уровень, который есть абсолютно у всех.

Каждый человек, даже ребёнок или человек который не имеет никакого актерского образования, очень легко и правдоподобного может изобразить пьяного: шатайся, еле ворочай языком,  говори бред - вот ты и изобразил!

А попробуй изобразить из себя гения! Попробуй сыграть Высоцкого в момент написания им гениальной песни. Сядь и напиши такую же!

 Не получится!

Потому что истинное и подлинное неизображаемо, оно существует здесь и сейчас, в Божественном акте творчества, и в высшем проявлении истиной личности!

Возьми и сыграй Довлатова, сядь и напиши гениальный рассказ!

Не получается! А изобразить пьяного Довлатова может любой! Вылупи шары,  смотри глупо на собеседника,  матерись, дай кому то в морду, если не так посмотрел на тебя... Делов-то!

Это все говорит нам о том что: именно в пьяном виде человек не является истинным самим собой, а максимально далек от себя и своей сущности. И именно в пьяном виде он максимально играет и надевает маску! Или попускает в себя других сущностей,  которых называют бесами, которые пользуют его тело и показывают рожи его телом, если говорить на языке богословов.

Личность уходит, и её заменяют другие личности чуждые ей.  Впрочем, психологи скажут, что  тут есть любимые маски и игры и поведение пьяных различно. Согласимся, различия есть. И, как правило, на стадии легкового опьянения. Когда человек ещё играет. Кто-то разговорчив, кто-то демонстрирует удаль и крутизну, кто-то хочет превратиться в маленького ребёнка, которому хочется или отцовского наказания  или похвальбы друзей за крутость или чтоб его пожалели, кто-то хочет материнской сиськи и он лежит как младенец…  Ослабление  личности ведёт к регрессии к детским комплексам и маскам, которые в трезвом состоянии изжиты и не управляют поведением.

Игра, кривляние, запускание наезженных в детстве паттернов  возникают на автомате тогда, когда личность уходит и на автомате контроль передаётся  наигранной схеме. Систематически такое делается в ситуации постоянного пьянства, в случае слабости личности или возможности её замены кем-то, кто есть рядом. Пьянство это симбиотическое состоянии - это или требование матери, которая может быть незрима, а человек все равно отдает себя в её власть или требование жены, которая вполне зрима, но которая разыгрывает требуемую роль в игре.

«Пью, ибо сугубо страдать хочу» - сказал у Достоевского пьяница Мармеладов. Действительно, личность с её активностью уходит, а человек оказывается в страдательном залоге. Внешне он может быть буйным и активным, но он в сущности в пассиве, во власти иного: моделей, бесов, других людей.

Итог такого ухода всегда тоже страдание и несчастье. Или прыжок из окна. Или болезнь. Или получение по  морде. Или бытие отруганным. Или в случае если сам ударил - попадание в милицию. Обида близких.

В лучшем случае - жалость или забота окружающих над несчастненьким, укутывание, помощь в ходьбе и проч.

Еще вариант. Пьяный начинает безудержно хвастаться или исполнять песни, играть на инструментах, то есть, быть в пассивном состоянии в зависимости от другого, искать его оценки. Везде страдание,  то есть пассивность в том или ином виде. То есть, пьяный всегда работает на зрителя, на субъекта, иногда незримого, на другую личность.

На самом же высоком уровне опьянения стираются даже различия в играх. Человек просто падает, засыпает, молчит или испытывает физиологические реакции, типа рвоты и проч.

Малые дозы - для первичной стадии запуска игры. Человек «навеселе» веселится. Веселье это всегда – актерство, шутовство, маска. Комедия всегда была низким жанром. И всегда была спутником всевозможных исключений из общего порядка жизни: дионисий, сатурналий, карнавалов, праздников вообще, свадеб, например, или дней рождений…

Христос превращал воду в вино на свадьбе.

Не поощрял пьянство, но явно не считал грехом. Или серьёзным смертным грехом. На похоронах пить не рекомендовалось, но часто спиртное использовалось для облегчения скорби. Собственно умение играть  - это тоже человеческое. Одно из принадлежностей человеческой сущности. Её иное.

Истина человеческая - в её высшем смысле -  лежит в личности. Но именно потому, что человек есть личность, он может её потерять и утратить. Как это он делает, слегка выпив.

Животное не веселиться, и вообще, может быть напоено только насильно. Ему нечего утрачивать, оно не заменяет личность масками, а просто теряет координацию. Как человек на высокой  стадии опьянения.

Часто у человека на стадии опьянения идёт борьба уходящей истины с масками. Он пытается сохранить контроль, становится резким жестким быстрым, то есть контрольные реакции гипертрофированы, и человек играет в рационального, в трезвого, рационализирует своё поведение именно в момент нахождения в пьяном виде. Начинает наводить порядок. Спорить за справедливость. Делать все, что как ему кажется, делает симулированная личность.

Часто легкая пассивность нарочно симулируется для пафоса, то есть нахождения в состоянии пассивной регистрации спутанных образов и впечатлений, которые всплывают непроизвольное в стихах или прозе.

«Пиши навеселе, редактируй трезвым!» - говорил Хемингуэй. Солдат может получать сто грамм для храбрости. То есть, алкоголь в малых дозах как любое лекарство может быть полезен в разных ситуациях, когда они требуют именно обращения к низшему пласту человеческой психики к накопленным патерам или маскам, образам. Обращение к кладовке личности. К субстанции, а не к субъекту.

Но большие дозы проваливают человека не в истину, а вообще выводят из состояния человечности и индивидуальности, могут выключить в нем даже животное, даже физиологическое,  даже вообще привести к смерти.

Таким образом, мы видим шкалу.

На вершине - истина трезвенние, Логос, Личность, активность, социальная ответственность.
Чуть ниже – игра, обман, маска, шутовство, кривляние.
В самом низу  - чистая физиология, отключение  личности, уникальности и даже смерть.

То есть, увеличение дозы алкоголя ведёт не к увеличению или проявлению истины, а наоборот, к обезличиванию.

Латинская поговорка верна с точностью - до наоборот!

Судить о человеке по его пьяному состоянию так же нелепо и даже более нелепо, чем судить по  нему по  его трупу или по его физиологическим параметрам (вес, рост) или по скучному и однообразному набору человеческих игр и масок. Людей - семь миллиардов, а репертуар пьянства ограничен десятью моделями и реакциями, это то, что наиболее общее, следовательно, не сущностное и не истинное. Судить по пьяному состоянию - это значит проходить мимо этой личности, не видеть её, судить не этого  конкретного человека,  а человека-вообще или даже живой организм вообще - то есть, значит, судить максимально неправильно.

В Ветхом Завете, осудивший отца Ноя за пьянство, Хам, в отличие от самого отца, подвергается величайшему проклятью, потому что пьянство несоизмеримо мелкий грех по сравнению с осуждением родителя. Осуждение - вообще грех, но он начинается с перехода первой границы, с осуждения родителей, и прежде всего, отца. Тому, кто осудил отца любе море потом по колено, он осудит друзей, они - в ответ осудят его, и он станет в той или иной степени социопатом. Формы социопатии различны: это и уход в криминал, это и  наркомания, и игромания, это и алкоголизм тоже,  но это в любом случае, у осудившего Отца - будут проблемы с семьей  с родом, историей и предками вообще, с друзьями, обществом, государством и Богом. Бог-отец, царь-отец, поэтому осуждение отца не может ни кончится и осуждением высших отцов.

Ной спас человечество, животный мир, разговаривал и заключил завет с Богом  и ... нажрался, как свинья.

Кто стоит на цыпочках - не простоит долго, тяжело быть все время в напряжении всех сил!

Именно поэтому личности или серьезные государства и Империи давали время для ввержения себе в уход в "своё иное", в свою противоположность, в легкое опьянение, в игру, в дионисии, сатурналии, в ивана-купалы, карнавалы, масленицы, в частные праздники.

Праздник не может стать нормой и не должен, он функционирует как анти-норма, которая поддерживает норму, именно показывая, где у неё её «анти-».

День и Ночь, Инь и Янь, гармония.

Абсолютная трезвость так же опасна как после пьянство.
При том, что ни того, ни другого не бывает!

Просто, при так называемой, «абсолютной трезвости» находят какой-то другой, часто более патологический способ падения, а при пьянстве, наоборот, находят какой-то иной экзотический способ напряжения высших сил  и подвига.

И то, и другое часто невидимо.

Закону вдоха и выдоха подчинено не только наше тело, но и дух, слово происходящее от «вдох» , «дыхание»…
Нельзя бесконечно вдыхать или выдыхать!

Будь-то на высоте, будь-то внизу, отдыхай, попуская менеджерам (бесам), поуправлять в рамках своих автоматизмов, пока ты на досуге, и потом, снова бери бразды правления личностью, чтобы идти к новым высотам!
Иван Анатольев



Tags: пьянство, эссе
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo matveychev_oleg февраль 3, 18:05 57
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 2 comments