matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

Categories:

Выступление Председателя КС РФ

Доверие к праву – путь разрешения глобальных кризисов
В.Д.Зорькин


Уважаемые коллеги!
Дамы и господа!

Мы все уже свыклись с тем, что нашу эпоху называют эпохой глобальных перемен.
Некоторые используют это понятие с надеждой, рассчитывая на то, что перемены, сколь бы масштабными и болезненными они сегодня ни были, в конечном итоге принесут благо всем народам мира, всему человечеству.

Но в последние годы это понятие все чаще используется в крайне тревожных контекстах. И глобальная реальность чуть не ежедневно обогащает эти контексты трагическими событиями.

Конечно, мир менялся всегда. Сегодня он меняется особенно быстро и масштабно. В меняющемся мире бессмысленно отрицать необходимость и возможность любых перемен и огульно им сопротивляться. Это, я бы сказал, нездоровый консерватизм. Но столь же бессмысленно и опасно некритично принимать и приветствовать любые перемены, или просто плыть на волнах этих перемен.

Перемены – это всегда изменения, нередко – ломка правил жизни. Ключевой вопрос в этой ломке – вопрос характера и прочности установления новых правил, которые приходят на смену предшествующим. Без правил жить нельзя. Но нельзя и жить по невыносимым правилам.

По-сути, огромная часть мировой истории права посвящена обсуждению и решению этих сложнейших проблем: как менять правила при переменах и не допустить «паузы бесправия», и какими должны быть новые, лучшие правила, отражающие закрепляющие и «вводящие в берега» необходимые перемены.

Во все эпохи эти проблемы стояли наиболее остро именно в периоды масштабных перемен. Поскольку именно тогда во главе «повестки дня» оказывался риск «беззакония». И именно тогда оказывалось наиболее трудно (а иногда – невозможно) удержать общество в рамках хоть каких-нибудь единых правил жизни.

Сейчас многие перемены – и глобальные, и локальные – уже слишком многими в мире ощущаются воистину апокалиптически. И мы видим, что и в литературе, и в искусстве, и в политике, и в экономике апокалиптические сценарии грядущих мировых катастроф возникают все чаще и, я бы сказал, назойливее. Все это не может не вызывать аналогий с «переломными эпохами» в историческом прошлом человечества.

Представляется, что нечто подобное имел в виду апостол Павел, когда на заре Новой эры в своем Послании к фессалоникийцам писал: «Ибо тайна беззакония уже в действии, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь».

Но есть аналогии – и аналогии. Если для христианского сознания несомненно то, что «удерживающий» был и существует помимо личной человеческой воли (в наиболее аргументированном толковании это Церковь, проповедующая Слово Божье), то для сознания светского в нынешнюю эпоху демократий такой несомненности уже не существует. Для светского сознания единственным претендентом на роль «удерживающего теперь» может быть понимаемый в самом широком смысле Закон. И такое светское сознание не может не воспринимать предельно обостренно тот факт, что в нынешнюю «эпоху перемен» «удерживающий» Закон слишком часто не работает, и слишком очевидно обнажаются «тайны беззакония».



Тайны беззакония
Международно-правовой аспект


До начала нынешней «эпохи перемен» половина столетия прошла под знаком достаточно успешного правового оформления устойчивости глобального мира и развития институтов обеспечения и контроля мирного существования все большего числа стран.

Создание Организации Объединенных Наций и последующее развитие основополагающих принципов ООН на основе признания равенства и неотчуждаемых прав и свобод человека, а также равенства и неотчуждаемых суверенных прав наций-государств, обеспечили нашей планете 70 лет мира без глобальных войн и резко сократили число и масштабы локальных конфликтов.

Была проведена практически полная деколонизация нашей планеты.
Были созданы и в основном все-таки соблюдались – несмотря на эксцессы локальных внутригосударственных и межгосударственных конфликтов – нормативно оформленные правила международного военно-политического взаимодействия, включая Устав ООН и множество других обязывающих политико-правовых документов.

Были созданы – и в основном соблюдались – правила и институты международного экономического взаимодействия, включая свод норм Всемирной торговой организации (ранее – Генерального соглашения по тарифам и торговле) и уставы Международного валютного фонда и Всемирного банка.

Были созданы – и в основном соблюдались – правила обеспечения социально-экономического мира в странах-членах ООН, включая конвенции Международной организации труда (МОТ) и Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах, а также Европейскую социальную хартию.

Наконец, в большинстве стран-членов ООН было созданы национальные конституции и законодательства, обеспечивающие внутриполитический мир и социально-экономическое развитие. Все большее число наций-государств устанавливало и успешно реализовало демократические правовые институты, позволяющие обеспечивать основные человеческие права и свободы.
Нынешняя эпоха перемен, которая открылась распадом советского блока и СССР четверть века назад, все более очевидным образом сопровождается сломом многих прежних правил мировой и локальной политики, которые были установлены по итогам Второй мировой войны и стали привычными в прежнюю эпоху биполярности.

В этом сломе очень быстро обнаружилось, что оказавшаяся в тот момент единственной сверхдержава – США – намерена писать и переписывать новые правила международной жизни по своему усмотрению, не слишком оглядываясь не только на нормативные процедуры существующих международных правовых институтов, но и на интересы своих ближайших политических союзников и партнеров.

Этот процесс в постсоветские десятилетия, как говорится, «набирал обороты». И создал в международных отношениях тот системный политико-правовой кризис, в который сегодняшний глобальный мир погружается все глубже. Главным фактором этого кризиса, по моему убеждению, оказывается последовательный и целенаправленный слом наследия Вестфальского мира, включая Ялтинско-Потсдамскую систему мироустройства, и подрыв основополагающих принципов ООН, включая принцип национально-государственного суверенитета.

Я уже не раз обсуждал те эксцессы прямого политического и военного вмешательства во внутренние дела суверенных государств без мандата ООН, которые произошли по инициативе и при участии США в последнее двадцатилетие. В частности, эту проблему я подробно разбирал в своем докладе на нашем предыдущем форуме, и сегодня повторяться не буду.

Однако не могу не отметить, что тот тезис об избранности, исключительности и особых глобальных правах американского государства и американского народа, который уже очень давно активно используется в США во внутриполитической лексике, в последние годы стал все настойчивее и откровеннее предъявляться во внешнеполитических документах и выступлениях американских официальных лиц.

Это напрямую отражается в нынешних американских концепциях военного планирования, которые постулируют, что целью военного строительства и внешней политики США является обеспечение такого уровня военной мощи, чтобы ни одна страна или возможная коалиция стран не могла сравниться с Америкой в своем военном потенциале на земле, на море, в воздухе и в космосе.
Это напрямую отражается в нынешних доктринах развития и контроля системы СМИ и электронных коммуникаций, в которых ставится цель абсолютного доминирования США в глобальном информационном пространстве.

Это, наконец, все последние годы откровенно заявляет нынешний президент США Барак Обама во внешнеполитических разделах своих публичных выступлений.

В сентябре 2013 года президент России Владимир Путин в своей статье в «Нью Йорк Таймс» подчеркнул опасность для мировой стабильности тезиса об американской исключительности, который настойчиво провозглашает президент США. Президент России написал: «Очень опасно вдохновлять людей на то, чтобы они считали себя исключительными, какая бы мотивация ни была. Есть большие страны и мелкие страны, богатые и бедные, с глубокими демократическими традициями и еще ищущие свой путь к демократии. И их политика различается тоже. Мы все разные, но когда мы просим благословения у Господа, мы не должны забывать, что Бог создал нас равными».

Однако в мае 2014 года президент Обама в очередной раз демонстративно заявил тот же самый тезис: «...Я верю в исключительность Америки всеми фибрами души. Но исключительными нас делает не способность обходить международные нормы и верховенство закона, а наше стремление утверждать их посредством действий… США должны играть ведущую роль в мире».

Такой тезис и такая настойчивость в его предъявлении не могут не тревожить не только нас, юристов и правоведов. Поскольку любой непредвзятый образованный человек хорошо знает, что именно США в постсоветскую эпоху постоянно обходят международные нормы ООН точно так же, как это делала гитлеровская Германия, игнорируя институт Лиги Наций. И заодно любой непредвзятый образованный человек видит в этом высказывании Обамы почти дословное цитирование ведущих политиков и пропагандистов германского Третьего Рейха, включая Адольфа Гитлера. Ведь по сути, Обама заявляет то же самое, что ранее говорили об исключительности немцев и Германии нацистские бонзы, развязывая мировую войну.

Обама говорит, что американцы и США, как особая нация и особое государство, вправе претендовать на гораздо большее, чем любая другая нация и любое другое государство. То есть он, в полном соответствии с антиутопией Оруэлла «Скотный двор», формально не отрицает закрепленного уставом ООН принципа равенства суверенных государств и народов, но объявляет американцев и Америку «гораздо более равными», чем все остальное население и все страны нашей планеты.

Отмечу, что сферой глобальной политики такой «нормотворческий активизм» США, взламывающий и попирающий базовые принципы международного права, не ограничивается.

Аспект глобальной экономики

Не менее настойчиво Америка ломает и правовые устои глобальной экономики.

США неоднократно вводили – вопреки нормам Всемирной торговой организации – односторонние экономические санкции против лиц и стран, которые Америка – причем без какого-либо подтверждения мандатом ООН – объявляла нарушителями международного законодательства или потенциальной угрозой для своих национальных интересов.

США совсем недавно, обладая преимуществом голосующих позиций в Международном валютном фонде, настояли на принятии МВФ решения об отмене в отношении Украины важнейшего принципа устава Фонда – запрета на кредитное финансирование стран, которые отказываются признавать и выплачивать собственный суверенный долг.

США, наконец, инициировали – и это, видимо, главное экономико-правовое событие нынешней «эпохи перемен» – создание двух крупнейших торгово-экономических блоков – Транстихоокеанского торгового партнерства и Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства. В эти партнерства, ТПП и ТТИП, по замыслу их создателей, должны войти страны, производящие более 70% мирового валового продукта. То есть эти партнерства, по сути, должны стать фактической заменой Всемирной торговой организации и отменой ее правовых норм.

При этом, что особенно тревожно, соглашение ТПП уже объявлено подписанным и готовым к ратификации странами-участницами, однако оба соглашения готовятся в строжайшей тайне. И весь мир, включая граждан стран, которые должны участвовать в этих соглашениях, ничего не знает об их содержании и о тех правовых обязательствах, которым этим гражданам придется следовать.

Между тем, частично снятый с этих соглашений в последний год покров секретности – подчеркну, не официальным обнародованием текстов соглашений, а публикациями выдержек из них, добытых компьютерными хакерами группы «Викиликс», – обнаруживает в этих документах буквально фантастические правовые новеллы. Новеллы, комплекс которых практически полностью перечеркивает многие фундаментальные правовые нормы, созданные человечеством в прошлом столетии.

Не пытаясь детально рассмотреть содержание этих новелл – такая задача выходит за рамки нашей темы, – подчеркну лишь то, что считаю главным с правовой точки зрения.

Во-первых, в сферу регулирования указанных соглашений входят, вопреки их названиям, не только торговля и инвестиции. Этими соглашениями фактически объявляются «сферой услуг» и коммерциализируются все области отношений, охватывающие хозяйственную деятельность индивидов и корпораций в странах-участницах.

В соглашения входит банковская и в целом кредитно-денежная деятельность, инвестиционная деятельность и сфера коммерческой тайны. Соглашения охватывают всю систему национальной инфраструктуры, то есть транспорт, водоснабжение, энергетику и жилищно-коммунальную систему. Соглашения охватывают всю систему информации, в том числе прессу, телевидение и интернет. Соглашения охватывают всю социальную сферу, в том числе системы образования и медицинского обслуживания населения.

Наконец, соглашения охватывают систему экономической безопасности и – внимание! – судебно-правовую практику экономических споров!

Все эти сферы, в соответствии с предлагаемыми соглашениями, должны быть либерализованы. А именно, максимально освобождены от государственного участия и вмешательства и приватизированы, то есть переданы в руки частно-корпоративного бизнеса, – национального или транснационального.

Во-вторых, эти соглашения фактически отменяют основные функции и обязательства государства в сфере обеспечения и охраны интересов граждан в трудовых отношениях и предоставлении социальной защиты. То есть, упраздняют регулирование соответствующих международных конвенций и – подчеркну! – национальных конституций – в части принципов функционирования и развития социального государства.

В-третьих, по этим соглашениям разрешение любых экономических споров, в том числе споров между государством и корпорациями, выводится из национальной юрисдикции и передается неким создаваемым в рамках соглашений независимым (частно-корпоративным) международным третейским арбитражам.

В связи с этим не могу не отметить, что, на фоне секретного обсуждения этих соглашений с потенциальными странами-участницами, президент США Барак Обама уже не раз заявлял, что только Америка, в силу своей исключительности, имеет право создавать новые нормы для глобальной торговли. В частности, в статье, размещенной на сайте газеты «Вашингтон пост» 2 мая 2016 года, Обама в очередной раз написал: «Америка, а не такие страны, как Китай, должна определять основные правила мировой торговли».

Очевидно, что речь идет о попытке фундаментально перекроить ключевые принципы и нормы не только международного, но и внутригосударственного экономического и социального права. Так что вряд ли случайно и граждане, и некоторые лидеры ряда стран Европы отреагировали на разоблачительные публикации в прессе материалов «Викиликс» о содержании ТТИП очень жестко.

В январе 2015 года Еврокомиссия опубликовала результаты опроса граждан стран ЕС по отношению к ТТИП. По данным опроса, из 150 тысяч опрошенных 97% выступили против соглашения. Затем против ТТИП была подготовлена крупнейшая в истории ЕС петиция, которую подписали более 3 миллионов граждан стран-членов ЕС. Однако призывы провести в странах Евросоюза общественные слушания по вопросу ТТИП были руководством ЕС отвергнуты. После чего в Германии в октябре 2015 года на демонстрации против ТТИП вышло более 150 тысяч человек.

Крупные демонстрации против ТТИП проходили и проходят и в других европейских странах. В Бельгии недавно завершился сбор подписей для организации референдума по вопросу правомочности ратификации ТТИП национальным парламентом.

Бывший министр экономики и финансов Франции Жан Арти еще весной 2014 г. опубликовал в газете «Фигаро» статью под названием «Семь объективных причин выступить против трансатлантического соглашения». В январе 2015 г. министр торговли Франции Маттиас Фекль заявил, что «Франция никогда не позволит частным судебным инстанциям, находящимся на обеспечении транснациональных компаний, навязывать правила суверенным государствам, особенно в таких сферах, как здравоохранение и экология». Позднее Фекль еще раз вернулся к этому вопросу и сказал, что США проектом ТТИП проявляют неслыханный национальный эгоизм, заявил о неприемлемости предлагаемых в соглашении норм для Франции, и пригрозил выходом своей страны из переговоров. Аналогичную позицию занимают и многие крупные немецкие, итальянские, австрийские политики.

При этом одним из главных пунктов ТТИП, неприемлемых для своих стран, политические лидеры ведущих стран Европы считают фактическое изъятие этим соглашением существенных черт национального экономико-правового суверенитета, и его передачу неким наднациональным «третейским арбитражам», которые находятся на финансовом обеспечении частно-корпоративного бизнеса (то есть, этим бизнесом контролируются).

Любому правоведу совершенно ясно, что «трансформация» международного законодательства, предлагаемая соглашениями ТПП и ТТИП, является грубейшим нарушением главных принципов современного мироустройства, установленного важнейшими международными документами, включая Устав ООН. Поскольку здесь речь идет и о торпедировании национальных правовых суверенитетов, и об отказе от соблюдения международных Конвенций в сфере трудовых отношений, и о фактическом элиминировании защиты основополагающих прав человека, встроенных в парадигму «социальное государство».

Глобальная кризисность и ее фундаментальные истоки

Сейчас у всех нас на слуху перечисление и описание множества кризисов глобального характера, затрагивающих фундамент человеческого существования. Это и кризис глобальной безопасности, и глобальный финансово-экономический кризис, и глобальный экологический кризис, и глобальные демографический и миграционный кризисы, и так далее.
В нашей профессиональной юридической среде неоднократно появлялись высказывания о том, что одной из основных причин углубления всех перечисленных кризисов является кризис международного права. В том числе, то обстоятельство, что система права и правоприменения не успевает адаптироваться к слишком быстро меняющейся реальности.

Я целиком и полностью разделяю эту оценку. Однако, по моему убеждению, фундаментальные истоки кризисности лежат в сфере мировосприятия и мировоззрения. Я имею в виду то, что «на глубине» всех кризисов, включая и кризис права, находится отсутствие в современном мире хотя бы приблизительно очерченного, приемлемого для всего человечества и имеющего позитивную перспективу, образа общего человеческого будущего.

Когда-то я из своего профессионального юридического интереса читал социальные утопии разных эпох, от древности до современности, а также некоторые зарубежные и советские книги, которые принято относить к жанру «прогностической фантастики». И на меня произвела глубокое впечатление та принципиальная разница в мировосприятии, которую демонстрировали зарубежные и советские авторы.

У подавляющего числа зарубежных авторов – особенно меня впечатлили из того, что смог прочесть, романы Айзека Азимова и Роберта Хайнлайна, – будущая история человечества и Вселенной рисовалась, в разнообразных антуражах могущества техники и технологий, под знаком войн империй и цивилизаций, включая «войны всех против всех». При этом война была целеориентирована на экспансию конкурирующих цивилизаций вовне, в космос. И эта война оказывалась главным условием и мотором развития техники и технологий, а также освоения новых миров.

У большинства авторов советских – здесь, с точки зрения моего круга чтения, наиболее релевантная фигура Иван Ефремов, – будущая история человечества и Вселенной рисовалась, в тех же антуражах могущества техники и технологий, под знаком солидарности и сотрудничества объединенного человечества, а также Кольца цивилизационных миров разных галактик. Но эти солидарность и сотрудничество оказывались целеориентированы на духовное, интеллектуальное и физическое развитие человека и человечества, на преодоление в нем первобытных звериных инстинктов и безграничное совершенствование высшего разумного начала. И именно эти солидарность и сотрудничество оказывались главным условием и мотором развития техники и технологий, а также освоения новых миров.

При этом между зарубежными и советским авторами, между условными Азимовым и Ефремовым, была еще одна существенная разница.

У Азимова «война всех против всех» ограничивалась – вполне в духе правовой доктрины Томаса Гоббса – созданием, в рамках «союзных» групп цивилизаций и империй, строгого законодательства и «надцивилизационных» органов законоисполнения и наказания.

У Ефремова сама возможность подобной войны – при наличии развитого законодательства и органов законоисполнения, о которых автор также упоминает, – исключалась прежде всего тем «нравственным законом внутри нас», о котором когда-то писал Иммануил Кант, и который стал естественным фундаментом поведения каждого человека в солидарном обществе. В связи с этим не могу не напомнить еще один тезис Канта. Он писал, что природа, задумавшая и создавшая человека как разумное существо, имела план полностью развить эти разумные начала не в отдельном человеке как таковом, а в масштабах всего человечества в целом, приведя его к достижению «совершенного гражданского объединения человеческого рода».

Почему я трачу ваше время и внимание на обсуждение этих социальных утопий? Прежде всего, потому, что, по моему мнению, человечество еще никогда в своей истории не сталкивалось с системным – военно-политическим, экономическим, социальным, морально-нравственным, правовым кризисом такой сложности и глубины.

Я говорю об этом потому, что сегодняшняя «эпоха перемен» с новой, все более беспощадной остротой ставит перед человечеством вопрос о выборе нашего общего будущего. О выборе между войной – и солидарностью и сотрудничеством.
Я говорю об этом потому, что события в мире все жестче ставят наступающей эпохе «диагноз Азимова», то есть будущего в войнах. И потому, что эти войны надвигаются на человечество в условиях, когда ни сильного глобального законодательства, ни сильного и авторитетного механизма законоисполнения, по сути, нет. И потому, что второй мощнейший регулятор социального, экономического, политического поведения – нравственный закон внутри нас – сегодня атакуется и ставится под вопрос, как никогда ранее.

Нравственная катастрофа

Законодательные новеллы, внедряемые в большинстве стран Запада в сфере общественной морали, и прежде всего в сфере гендерных и семейных норм, оказываются для массового сознания очень многих стран мира социально-психологическим шоком. То есть, ломкой глобальной социальности.

Для людей, исповедующих авраамические религии, – христианство, ислам, иудаизм, – эти новеллы, включая нормы легализации и расширенной правовой защиты однополых сексуальных союзов, означают прямое нарушение фундаментальных религиозных заповедей. Для светских людей, воспитанных в соответствующих национальных культурах, такие новеллы означают не менее болезненный слом традиционных, глубоко укорененных в культуре, нравственных принципов.
Не случайно и ведущие иерархи христианских церквей, и крупнейшие мусульманские и иудейские религиозные деятели все более настойчиво заявляют о том, что современный Запад, во главе с лидером этого Запада, США, активно и целенаправленно ввергает мир в глобальную нравственную катастрофу.

Так, например, ведущие исламские авторитеты – и сунниты, и шииты, – неоднократно подчеркивали, что однополые сексуальные союзы противоречат исламу и подлежат абсолютному осуждению и жестокому наказанию.
В октябре 2015 года официальный доклад папской комиссии Ватикана заявил о том, что «церковь не признает браки между людьми одного пола».

Совсем свежий пример – выступление Патриарха Русской православной церкви Кирилла 15 мая 2016 года на освящении храма Марии Магдалины в Нальчике. Патриарх заявил: «Мы знаем, какие огромные силы сегодня употребляются для того, чтобы в первую очередь христиан оторвать от аутентичного понимания Божественного нравственного закона. И мы знаем, какая нравственная катастрофа происходит в Западной Европе и вообще в богатом американо-европейском мире». При этом Патриарх подчеркнул, что в России «и православные, и мусульмане не желают жить по законам, которые имеют расхождение с Божественным нравственным законом и с Божьей волей».

Мы также знаем – и по результатам социологических опросов, и по фактам острейших массовых выступлений в Сербии, Франции, Италии, Испании, странах исламского мира и, конечно же, в России, – что подобные правовые новеллы в сфере регулирования половых и семейных отношений считает категорически неприемлемыми огромная часть светского населения планеты. И не только в исламском или православном мире, но и в католических и протестантских странах Запада.

Это – вовсе не частная и малозначимая проблема. Я хочу обратить особое внимание собравшихся на то, что нравственные нормы и табу в сфере семьи и брака являются одними из наиболее древних и устойчивых традиционных регуляторов человеческого поведения. Они оказываются базовыми и наиболее жестко укорененными в традиции и культуре по той причине, что именно эти нормы обеспечивают устойчивое воспроизводство и сохранение человеческого сообщества и человеческого рода в целом.

Потому именно от этих норм в значительной степени исторически отстраивался и развивался тот «нравственный закон внутри нас», о котором писал Кант.

И потому подрыв и элиминирование этих норм фактически лишает фундамента всю сложнейшую конструкцию человеческой морально-нравственных нормативности, приводит к обрушению всего «нравственного закона». Чем это грозит человечеству в условиях снижающейся в «эпоху перемен» работоспособности правового закона – в этой аудитории вряд ли следует объяснять.


(...)

Продолжение здесь: http://www.ksrf.ru/ru/News/Speech/Pages/ViewItem.aspx?ParamId=76




Tags: Зорькин, КС РФ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo matveychev_oleg февраль 3, 2019 18:05 103
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments