September 4th, 2013

Новая книга Гровера Ферра уже в продаже!



Новая книга Гровера Ферра "Убийство Кирова. Новое расследование" вышла в издательстве "Русская панорама"

Книга посвящена одному из ключевых моментов советской истории - убийству С.М.Кирова в 1934 году. Согласно официальной версии советской истории, это убийство послужило "предлогом" для развязывания так называемых "сталинских репрессий". В книге на основании архивных документов убедительно доказывается, что убийство Кирова было организовано заговорщиками из троцкистско- зиновьевского блока, и что последовавшие открытые судебные процессы над "старыми большевиками" имели предостаточно оснований.

Спрашивайте новую книгу Гровера Ферра в книжных магазинах!

promo matveychev_oleg февраль 3, 2019 18:05 68
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…

Олег Матвейчев: настоящее мышление заключается в вопрошании

Амиран Сардаров: Читать это будет аудитория не посвящённая, с вашими книгами не знакомая. Поэтому, давайте начнём с самого простого. Объясните вкратце, почему именно Хайдеггер. В чём суть его философии? Чем он привлекает вас? В чём его значение?


Олег Матвейчев — политолог, политтехнолог, профессор Высшей школы экономики

Олег Матвейчев: По образованию я философ. Никаким политологом и политтехнологом я не собирался становиться. В своё время, когда я пришёл на философский факультет, то очень сильно погрузился в философию. К счастью, в конце 80-х и начале 90-з была такая ситуация, что отсутствовала академическая дисциплина. Не нужно было ходить на семинары, зубрить Маркса и Ленина. Мы спокойно читали Канта, Гегеля, Аристотеля. Занимались самообразованием.

Когда человек выходит на определённый уровень понимания философии, он неизбежно приходит к тому, что в философии (если мы говорим про западную философию) есть несколько ключевых фигур. Из древних – Гераклит, Парменид, Платон и Аристотель. В средневековье – Августин и Фома Аквинский. В Новое Время – Декарт и Лейбниц. Дальше немецкая классика – Кант, Шеллинг, Фихте, Гегель. Из современных обязательно Ницше, Витгенштейн, Гуссерль и Хайдеггер. Я назвал 15 человек – это и есть вся западная философия. Все остальные – это лишь интерпретаторы и вульгаризаторы. Вторая, третья и т.д. вода на киселе. Даже всем известный Маркс, всего лишь переворачиватель Гегеля. Но плоть от плоти. Вся марксистская система – это только определённым образом понятая историография Гегеля с некой интерпретацией.

Так вот, когда всё это понимаешь, то становится ясно, что Хайдеггер – это последний западный великий философ. Он предоставляет западную традицию. Грубо говоря, в конце 19-го века и начале 20-го таковым был Ницше. В начале 19-го таковым был Гегель. А Хайдеггер – это последней философ этой традиции. Будучи последним, он эту философию с одной стороны аккумулировал и переработал, а с другой стороны он задает горизонт на будущее. С изучением Хайдеггера связаны самые значительные перспективы понимания того, откуда и куда движется мир и чем всё кончится. В философии, науке, этике, мышлении – его мысли и интенции наиболее глубокие из того, что мы имеем на сегодняшнее время.

Амиран Сардаров: Для вас это является неким фундаментом?

Олег Матвейчев: Да, все мои мысли крутятся вокруг этого. Другое дело, что никому Хайдеггер в 90-е годы не был нужен. Поэтому, когда я защитил диссертацию, встал вопрос о выживании. Родился ребёнок, мне надо был зарабатывать на квартиру, потому что я жил в общежитии. Появились политтехнологии, как способ зарабатывания на жизнь. Это стало профессией, занимаюсь этим уже 20 лет.

А философия, что называется, для души. Все эти 20 лет я преподаю, сначала в Екатеринбуржских ВУЗах, потом в Москве. Разные спецкурсы. Последние 8 лет в Высшей Школе Экономики. Всё время стараюсь писать книги, статьи. Но это всё в рамках некой благотворительной деятельности. Потому что зарплаты профессора мне хватает ровно на такси, чтобы доехать туда и обратно.

Амиран Сардаров: У меня вопрос, который я задаю всем философам. Где грань, когда философия переходит в болтологию, в некий маразм?

Олег Матвейчев: Это всё равно, что музыканта спросить, где грань между музыкальным произведением и какой-то туфтой. Он скажет, что вот у него же слух, он слышит. У музыканта есть абсолютный слух, ему достаточно пары аккордов, чтобы понять. Точно также мне достаточно взять любую книгу, можете стереть с неё автора, заголовок, я прочитаю 10 страниц (иногда достаточно одной-двух), и мало того, что смогу идентифицировать, откуда и куда, в каком веке было написано, что там за проблема, и, возможно, даже автора и заглавие скажу. Главное, я скажу о ценности, болтовня ли это.

Вообще, болтовни как таковой нет. Есть разные эссенции. У Аристотеля и Гераклита каждая фраза это некий афоризм, над которым можно потом размышлять и книги писать. Это эссенция. А можно её разводить, это седьмая вода на киселе. Когда ты растворяешь и забалтываешь некую сущность. В этом все разница.

Можно это увидеть. Взял и видишь, это жидкая водица, либо какое-то концентрированное выражение неких сущностных моментов. Это сразу определённым образом цепляет. Начинаешь это понимать при довольно серьёзном погружении. Нельзя философию понять сходу. Вам принесут тетрадки Эйнштейна, вы  же не скажете, что пару минут посмотрите и если не понятно, значит ерунда. Вы, скорее, скажете, что Эйнштейн был не дурак, когда что-то там писал. Так и с философией. Она сходу не будет понятна. А многие думают, что раз не понимают, какие-то сложные термины, то, значит кто-то там нагородил непонятно чего. На самом деле, это требует определённого опыта проживания всех этих вещей, работы с этим языком. А потом возникает видение этих феноменов. Становится видно, что то, что человек писал, это связано с определённым опытом.

Collapse )