?

Log in

No account? Create an account

matveychev_oleg


Блог Олега Матвейчева

Для тех, кто копает глубже


Не дадим себя травить некачественными и ненатуральными продуктами! Акция Медиаактивиста
matveychev_oleg

За последнее время Россия превратилась в продовольственную помойку.

Множество продуктов содержат генно модифицированные составляющие и это никак не маркируется. Магазины реализуют просроченные продукты, а срок годности либо не указан, либо нанесен мелким шрифтом. Состав продукта также указан мелко и без указания процентов. Это позволяет изготовителям класть 0,0001 процента чего-то натурального и 99 процентов химии - но мы об этом не знаем. Здоровье и иммунитет человека напрямую зависят от того, что он ест. Россия болеет и вымирает, сельское хозяйство развалено, и только «химики» получают сверхприбыли. Ситуацию можно изменить!

Здоровье жителей России находится в критическом состоянии. Лишь три ребенка из 10 рождаются здоровыми, растут цифры детской смертности, растет заболеваемость в детских садах и школах. Причем растет заболеваемость редкими аллергическими болезнями, связанными со снижением иммунитета. Всем известно, что в России с началом реформ идет катастрофическая убыль населения.

Странно, но главный вклад в эту сверхсмертность вносят не жители старшего поколения, а молодые люди в возрасте от 20 до 30 лет, - то есть те, кто вроде бы уже не дышал загазованным промышленным воздухом, не пил воду отравленную стоками работавших тогда промышленных предприятий.

Изменился, прежде всего, состав ПИТАНИЯ населения.

Из-за границы на нас хлынул огромный поток красиво упакованных подделок, продуктов с истекшими сроками хранения, продуктов-экспериментов ученых-химиков. Россия превратилась в продовольственную помойку для сброса всевозможного неликвида.

Псевдопродукты питания заменили наши старые добрые, неказистые, экологически безупречные продукты традиционного сельского хозяйства.

Сегодня дело еще осложняется и введением в большую часть продуктов генно модифицированных элементов. Вред их не доказан, но и времени прошло не так много, никто не знает, что будет через 1-2 поколения. Поэтому мы имеем право знать, что мы едим.

Каждый год вы обсуждаете бюджет страны и не знаете, где взять деньги на здравоохранение. Но проблема здоровья нации решается не только увеличением бюджетов в эту сферу. Все взаимосвязано. Люди сами могут заниматься профилактикой своего здоровья. Людям только нужна достоверная информация.

Мы требуем:

- информация о составе продукта должна занимать НЕ МЕНЕЕ ТРЕТИ упаковки

- состав продукта должен быть указан строго в процентах

- информация о сроке годности и хранения должна быть написана ярко и шрифтом не менее крупным, чем основной шрифт упаковки

- продукты, содержащие трансгенные составляющие, должны иметь специальный яркий знак

Возмущенные потребители
http://www.mediactivist.ru/action/4/20

promo matveychev_oleg февраль 3, 18:05 58
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…

Мировой интеллектуал Ф.Дайсон о будущем
matveychev_oleg

Фримен Дайсон соавтор Фейнмана по квантовой теории поля, номинант на Нобелевскую премию (он оказался четвертым в списке соапвторов, а премию дают максимум  трем), почетный доктор ряда университетов и академий, яркий и оригинальный интеллектуал совремнности, входящий десятку  самых умных современников, согласно различным рейтингам.
Дананя лекция была прочитана еще в  2004 году в Нью Джерси.
 На русском вышла в  журнале "Что нового в науке и технике"  № 1 за 2005 год

Разговор пойдет о биотехнологиях и социальной справедливости. Мне кажется абсолютно само собой разумеющимся, что биотехнологии фундаментально и во многих отношениях изменят наш мир в течение на­чинающегося столетия, что нашему миру самым отча­янным образом недостает социальной справедливости и что на нас на всех лежит обязанность использовать возможности, даваемые биотехнологией для достиже­ния целей социальной справедливости. И все-таки я больше люблю иметь дело с типичными примерами, не­жели с абстрактными принципами. Поэтому мое вы­ступление будет построено на нескольких сюжетах, ка­сающихся возможного будущего.
Всего таких сюжeтов восемь. Один их них о предсказании, которое осущеcтвилось. Еще один о предсказании, которое оказалось ложным. Остальные шесть о предсказаниях, которые могут оказаться истинными, а могут оказаться ложными. Жизнь - это игра случая, и то же можно сказать о науке. Чаще всего наука не может сказать нам, что про­изойдет. Но наука дает нам шанс, что произойдет то, что без науки никогда бы не произошло. Если мы проявим мудрость и правильно воспользуемся возможностями, предлагаемыми нам наукой, то покидаемый нами мир окажется немного лучше, чем тот, в который мы пришли. Нам не надо сейчас договариваться о том, что это «лучше» означает. Достаточно лишь согласиться, что это «лучше» включает некоторое смягчение тех ко­лоссальных несправедливостей и того колоссального неравенства, которыми мир изобилует сегодня.

1.Бытовые биотехнологии
Итак, первый сюжет о «приручении» биотехнологий. Я состою в комитете при Национальной академии наук с неуклюжим названием «Комитет по технологическим достижениям и предотвращению их применения с био­террористическими целями и угрозы биологической войны». Мы обсуждаем там со всей подобающей серьезностью апокалипсические сценарии развития событий, начало которым может быть положено использованием биологического оружия или иным злоупотреблением биоотехнологий. Мой первый сюжет родился, когда я ду­мал о том, как можно оживить наши дискуссии. Вставив его в свой доклад, я меньше всего ожидал, что комитет сoгласится с ним и даже включит в официальный отчет.
Пятьдесят лет назад в Принстоне я был свидетелем того, как математик Джон фон Нейман конструировал и собирал первый электронный компьютер, выполняющий некие операции в соответствии с заложенной программой. Фон Нейман не изобретал электронного ком­пьютера. В Пенсильванском университете один уже был за пять лет до этого и назывался ENIAC. То, что придумал фон Нейман, называется теперь software, программная начинка, позволяющая компьютеру быть до­статочно гибким и исполнительным. Именно комбина­ция «железа» и набитой на перфокартах «начинки» поз­воляла одной и той же машине и предсказывать погоду, и рассчитывать рост популяций живых существ, и тестировать различные проекты водородной бомбы.
Фон Нейман понимал, что его изобретение изменит мир. Он понимал, что потомки его машины станут незаменимы и в науке, и в бизнесе, и в государственном управле­нии. Но в его мыслях о будущем компьютер всегда предстaвлялся дорогим и громоздким. В его воображении компьютеры занимали центральное положение в струк­туре крупных исследовательских лабораторий или от­раслей промышленности. Он не мог представить себе компьютеры, уменьшающиеся в размерах и дешевеющие настолько, что с их помощью домашние хозяйки смoгyт заполнять налоговые декларации, а школьники ­ - выполнять домашние задания. Он совершенно не мог представить себе возникновения компьютерных игр как доминирующей черты повседневной жизни XXI ве­ка. Из-за компьютерных игр наши внуки растут теперь в неизбывной привязанности к компьютерам. Во благо или во зло, в беде или в процветании, пока смерть нас не разлучит, люди и компьютеры отныне связаны друг с другом более прочными узами, чем мужья и жены.

Какое отношение имеет эта история про фон Ней­мана, его компьютер и компьютерные игры к биотех­нологиям? А вот какое: существует близкая аналогия между представлениями фон Неймана о будущей роли компьютеров в интеграции и централизации и сего­дняшним общественным отношением к генной инженерии, как к делу крупных фармацевтических и агро­промышленных корпораций, подобных Monsanto. Об­щественное мнение склонно не доверять Monsanto, потому что Monsanto хочет вводить гены ядовитых пе­стицидов в продовольственные сельскохозяйствен­ные культуры; точно так же мы были склонны не дове­рять фон Нейману, потому что он хотел использовать свой компьютер для проектирования водородной бомбы. Вполне вероятно, что генная инженерия будет ос­таваться спорной и непопулярной до тех пор, пока она остается централизованной и сосредоточенной в pуках крупных корпораций.
Я вижу возможность более благоприятных перспек­тив для биотехнологической промышленности на пути, по которому пошло развитие вычислительной техники, - том самом пути, который проглядел фон Нейман, - на пути превращения громоздкого промышленного обору­дования в компактную бытовую технику. Первый шаг на этом пути не так давно уже был сделан, а именно тогда, когда в зоомагазинах появились генетически модифи­цированные тропические рыбки новых ярких окрасок. Для дальнейшего внедрения биотехнологий в быт их предстоит адаптировать для потребителя.
Недавно я провел замечательный день на Филадельфийском цве­точном шоу, крупнейшем в мире среди зрелищ такого рода, где цветоводы из разных стран показывали ре­зультаты своих трудов. Потом я посетил шоу рептилий в Сан-Диего, столь же впечатляющее зрелище, на кото­ром демонстрировались достижения селекционеров другого рода. Филадельфия показывает совершенство среди роз и орхидей, а Сан-Диего показывает совер­шенство среди ящериц и змей. Главная проблема для дедушки, пришедшего на шоу рептилий с внуком - вер­нуться домой с внуком, но без змеи. Каждая роза, или орхидея, или ящерица, или змея - это плод увлеченной и искусной работы. Тысячи людей, любителей и про­фессионалов всецело посвящают им свою жизнь. Пред­ставьте теперь, что случится, когда этим людям станут доступны методы генной инженерии. Появятся про­стые в употреблении наборы, с помощью которых вся­кий садовник сможет модифицировать гены своих роз и орхидей. Или такие же наборы для любителей голу­бей, попугаев, ящериц, змей, позволяющие до беско­нечности разнообразить этих животных. Любители со­бак и кошек, конечно же, получат свои наборы тоже.

Генная инженерия, однажды попав в руки детей и домашних хозяек, вызовет настоящий взрыв в разно­образии новых живых существ вместо заполнивших бесконечные поля монокультур, предпочитаемых большими корпорациями. Новые виды будут возни­кать и размножаться, занимая место тех, что были уничтожены монокультурным сельским хозяйством и промышленным развитием. Конструирование генома станет формой досуга, новым видом искусства, столь же творческим, как рисование или скульптура. Не­многие из этих новых существ окажутся шедеврами, но все они принесут радость своим создателям, а нашей флоре и фауне - разнообразие.
Последним шагом в приручении биотехнологии станут игры, устроенные примерно так же, как компьютерные, но которые позволят дошкольникам играть с настоящими семенами и яйцами, а не с их изображениями на экране. Играя в такие игры, дети научатся доверять тем существам, которых они выращивают. Победите­лем станет тот, кому удастся создать модифицированное зерно, из которого вырастет самый колючий кактус, или модифицированное яйцо, из которого вьлупится самый симпатичный динозавр. Эти игры окажут­ся связанными с грязью и возможной опасностью. Потребуются правила и установления, предохраняющие наших детей от угроз, которые они могут создавать для себя и для окружающих.

Прежде чем внедрение биотехнологий в быт примет массовый характер, мы должны будем ответить на пять важных вопросов. Первый: на какой стадии его можно будет еще остановить? Второй: понадобится ли его ос­танавливать? Третий: когда остановка будет невозмож­на или нежелательна, какие потребуются для него необ­ходимые ограничения? Четвертый: какова должна быть процедура установления этих ограничений? Пятый: на каком уровне эти ограничения должны вменяться как обязательные - на внутринациональном или на между­народном? При изучении каждого из этих пяти вопро­сов аналогия между компьютерными технологиями и биотехнологиями снова окажется полезной.
Большин­ство людей, использующих бытовые биотехнологии с преступными целями, окажутся, вероятно, мелкой ры­бешкой, вроде несовершеннолетних хакеров, распрост­раняющих
Читать дальше...Свернуть )

Дайсон о будущем.Продолжение.
matveychev_oleg

4. Деревенская нищета
Четвертый сюжет - о деревенской нищете. Это одно из величайших бедствий современного мира. Отсутст­вие работы и условий для экономического развития вы­нуждает миллионы деревенских жителей покидать свои дома и переселяться из деревень в страдающие от пере­населения города. Это непрекращающееся переселе­ние порождает колоссальные социальные и экологиче­ские проблемы в больших городах бедных стран. Но хотя проявления нищеты наиболее заметны в городах, причины ее в основном в деревнях. Миру сейчас необ­ходимы такие технологии, которые были бы направле­ны прямо на решение этой проблемы, создавая в дерев­нях новые возможности для приложения сил и эконо­мического процветания. Технология, предполагающая создание там промышленности и, следовательно, пер­спектив карьерного роста, даст сельскому жителю прак­тическую альтернативу переселению в мегаполисы.
Зыбкое равновесие деревенской и городской долей богатства и населения - одна из главных тем в человече­ской истории последних десяти тысяч лет. Его смеще­ние от деревни к городу сильно зависит от перехода от одного технологического типа к другому. Мне кажется уместным называть эти технологические типы «зеле­ным» и «серым». Прилагательное «зеленый» было при­своено различными политическими движениями и от­того приобрело множество дополнительных смыслов. ­Поэтому я хочу определить с максимальной ясностью, ­что имею в виду, говоря о «зеленом» и «сером». «Зеле­ные» технологии основываются на биологии, «серые" ­на физике и химии. Грубо говоря, «зеленая» технология - это та, что дала жизнь деревенским сообществам десять тысяч лет назад, она началась с одомашнивания животных, развития земледелия и животноводства, из­готовления тканей, сыра и вина.
«Серая» технолог­ия породила города и империи пять тысяч лет спустя, началась с производства железа и бронзы, изобретения колесных повозок и мощеных дорог, постройки корас­лей и военных колесниц, изготовления мечей, пушек и бомб. В течение первых пяти тысячелетий богатства и власть принадлежали сельским жителям, обладателям «зеленых» технологий, а в течение следующих пяти тысячелетий богатства и власть перешли городам с их "серыми» технологиями. С тех пор как около пяти тысяч лет назад мы научились строить машины, использующие ­силу ветра и воды, пара и электричества, «серые» технологии становятся все более и более господствующими. Богатства и власть продолжают концентрироваться в городах, по мере того как «серые» технологии уходят вперед в гонке с «зелеными». А с богатством городов де­ревенская нищета становится все более ужасающей.
Но если причина возникновения деревенской нище­ты лежит в несбалансированном росте «серых» техно­логий, то можно ожидать, что смещение баланса от «се­рых» к «зеленым» приведет к ее исчезновению. Это моя мечта. На протяжении последних 50 лет мы наблюдали стремительный прогресс в научном понимании основ­ных жизненных процессов, а на протяжении последних 20 лет это новое понимание положило начало столь же стремительному росту «зеленых» технологий. Эти но­вые «зеленые» технологии позволяют нам создавать но­вое разнообразие животных и растений, вроде того, как это делали наши предки десять тысяч лет назад, только в сотни раз быстрее, создавая новую сельскохо­зяйственную культуру в десятилетие вместо тысячеле­тий. Руководствуясь точным пониманием генов и геномов, занявшим место метода проб и ошибок, мы можем в течение нескольких лет модифицировать растения так, чтобы увеличить их урожайность, улучшить вкусо­вые качества, сделать полезнее для здоровья, повысить устойчивость к вредителям и болезням.

В течение следующих нескольких десятилетий, по ме­ре того как продолжающиеся исследования геномов да­дут нам более полные знания об архитектуре живых существ, мы сможем создавать новые разновидности мик­робов и растений, сообразуя их свойства со своими по­требностями. Тогда «зеленые» технологии позволят де­шевле и чище создавать то же самое, что позволяют и «серые», но, кроме того, многое другое, недоступное для «серых». «Зеленые» технологии могут заменить большую часть существующих химических произ­водств, значительную часть добывающей промышлен­ности и мануфактур. С помощью «зеленых» технологий можно достичь более совершенной переработки отхо­дов и не годных для дальнейшего употребления мaшин с большой пользой для окружающей среды. Экономиче­ская система, построенная на основе «зеленых» техно­логий, сможет гораздо ближе подойти к решению зада­чи обратимого использования ресурсов, заменив полез­ные ископаемые солнечным светом в качестве первич­ного источника энергии. Новые виды термитов будут пережевывать не дома, а выброшенные на свалку авто­мобили, в то время как новые виды деревьев с черной листвой, поглощая солнечный свет, будут перерабаты­вать углекислый газ не в целлюлозу, а в жидкое горючее.
Но прежде чем генетически модифицированным тер­митам и деревьям будет позволено заняться экономиче­скими и экологическими проблемами, немало копий бу­дет сломано вокруг возможного ущерба, который они способны причинить. Многие из тех, кто называет себя «зелеными», со всей страстью протестуют против «зе­леных» технологий. Но в конце концов развиваемые за­ботливо и с учетом сопутствующих эмоций «зеленые» технологии, наверное, будут восприняты большинст­вом заинтересованных людей, как и столь же противо­естественные и непривычные «зеленые» технологии - ­дойка коров, вспашка земель, брожение винограда и им подобные - были восприняты нашими предками много веков назад. Я вовсе не хочу сказать, что политическое признание «зеленых» технологий будет простым и быс­трым. Я только говорю, что «зеленые» технологии об­ладают внушительным потенциалом для сохранения природного баланса на планете и облегчения человече­ских страданий. Будущие поколения людей, с детства воспитанные на биотехнических играх и игрушках, вос­примут их, наверное, много легче, чем мы. Никто не мо­жет предсказать, как долго придется опробовать эти но­вые технологии тысячами разных способов и измерять их издержки и преимущества.

Какое же отношение имеет эта мечта о восстановле­нии в правах «зеленых» технологий с проблемой дере­венской нищеты? В прошлом «зеленые» технологии всегда были деревенскими, имеющими своими базами села и фермы, а не города. В будущем они охватят горо­да в той же мере, что и сельские угодья, фабрики в той же мере, что и леса. В конце концов не будем забыватъ­что клонироваиие Долли произошло на сельской ското­водческой станции в Шотландии, а вовсе не в лаборато­рии Силиконовой долины. «Зеленые» технологии будут использовать землю и солнечный свет как основные источники сырья и энергии. Землю и солнечный свет не­возможно концентрировать в городах - они распределе­ны по поверхности нашей планеты более или менее равномерно. Когда технологии, а значит, и промышленные предприятия нуждаются в земле и солнечном све­те, они с неизбежностью приносят занятость и процве­тание сельскому населению. Весьма удачно, что нaи­большее изобилие солнечного света наблюдается в тропических странах, там, где живет наибольшая часть че­ловечества и где деревенская нищета особенно ужасна. Солнечный свет распределен гораздо более равномер­но, чем уголь или нефть, поэтому «зеленые» техноло­гии окажутся великим уравнителем, способным сокра­тить разрыв между богатыми и бедными странами.
Пять лет назад я опубликовал книгу под заголовком «Солнце, геном и интернет», описывающую, как, на мой взгляд, «зеленые» технологии обогатят деревни всего мира и остановят миграцию сельского населения в мегаполисы. Я подчеркивал значимость трех факто­ров: Солнца для производства энергии там, где она не­обходима; генома для создания растений, способных де­шево и эффективно превращать солнечную энергию в жидкое топливо; интернет, чтобы положить конец ин­теллектуальной и экономической изоляции сельского населения. Если все эти три составляющие займут над­лежащее место, каждая африканская деревня будет по справедливости наслаждаться своей долей благ цивили­зации. Люди, предпочитающие жить в городах, сохра­нят свободу переехать туда из деревни,

Читать дальше...Свернуть )