?

Log in

No account? Create an account

matveychev_oleg


Блог Олега Матвейчева

Для тех, кто копает глубже


Милые европейцы. Туннели для жаб и мосты для летучих мышей за миллионы евро
matveychev_oleg


В Германии при строительстве автобана номер 17, ведущего от города Пирна в Саксонии до чешской границы, были сооружены три моста специально для летучих мышей.

Строительство их обошлось в один миллион евро, пишет германский таблоид Bild.

По словам специалистов, мосты необходимы для того, чтобы маленькие животные не сталкивались с машинами, когда летят на малой высоте. Под особенной угрозой находится колония их 200 находящихся под охраной "подковоносов". Они обосновались в одном из замков возле автобана.

Воздушные коридоры, по которым летают млекопитающие, были научно исследованы и мосты, каждый шириной 11 метров и длиной 60, соорудили как раз в тех местах, где эти коридоры проходят. Красные направляющие заграждения по краям моста призваны помочь животным ориентироваться.

Однако возникла проблема: летучие мыши мостами пользоваться не захотели. За последние недели инфракрасная камера зафиксировала лишь одну единственную мышь, перелетающую через мост.

Помимо мостов, на последнем участке автобана 17 были сооружены также два туннеля для жаб, длинные заграждения для диких животных, а также так называемый "экологических туннель", который один обошелся в 6,5 млн евро.



promo matveychev_oleg februar 3, 18:05 58
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…

М.Хайдеггер ЧТО ТАКОЕ ФИЛОСОФИЯ?
matveychev_oleg

 Что это такое — философия?*

 

Вопросы философии. 1993,  № 8, с. 113-123

 


    Своим вопросом мы касаемся одной темы, весьма широкой, что называется, пространной. Так как тема широкая, она остается неопределенной. Так как она неопределенна, мы можем подходить к ней с самых разных точек зрения. При этом мы постоянно будем наталкиваться на что-то правильное. Однако поскольку при обсуждении столь широкой темы перемешиваются самые различные мнения, нам угрожает опасность того, что наш разговор останется без надлежащего средоточия.


      Поэтому мы должны пытаться определить вопрос точнее. Таким образом мы
придадим разговору устойчивое направление и он выйдет на некоторый путь. Я говорю: некоторый путь. Тем самым мы признаем, что этот путь, безусловно, не является единственным. Должно даже остаться открытым, поистине ли тот путь который я хотел бы указать в дальнейшем, позволяет нам поставить вопрос к получить ответ.


      Но если мы допустим, что могли бы найти путь более точного определение вопроса, то немедленно возникнет серьезное возражение против самой темы нашей беседы. Спрашивая: что это такое — философия? — мы говорим о философии. Таким образом, мы явно пребываем над философией, т.е. вовне. Однако цель нашего вопроса — войти в философию, обосноваться в ней, вести себя в согласии с нею, т.е. "философствовать". Ход нашей беседы поэтому не просто должен иметь ясное направление, но ее направление должно одновременно гарантировать, что мы движемся внутри философии, а не вне ее и не вокруг.
 

      Наш разговор, следовательно, должен идти по такому пути и в таком направлении, чтобы то, о чем говорит философия, относилось к нам самим, задевало нас, причем именно в нашей сути.
        Но не станет ли тогда философия делом склонностей, эмоций и чувств?
 

      "И с прекрасными чувствами люди создают плохую литературу". Эти слова Андре Жида распространяются не только на литературу, но еще более на философию. Чувства даже самые прекрасные, не имеют отношения к философии. Чувства принято считать чем-то иррациональным. Философия же, напротив, не только представляет собой нечто рациональное, а является подлинной держательницей разума. Но утверждая это, мы неожиданно для себя вынесли решение о том, что такое

-------------------------------

* Heidegger M. Was ist das - die Philosophie? Pfulingen, 1956

философия. Мы уже предварили свой вопрос неким ответом. Всякий признает правильным высказывание, что философия есть дело разума. Может быть, однако,это поспешный и необдуманный ответ на вопрос: Что это такое — философия? Ведь мы можем сразу противопоставить этому ответу новые вопросы. Что такое — разум (die Ratio, die Vernunft)? Где и кем было решено, что такое разум? Сам ли разум сделал себя господином философии? Если "да", то по какому праву? Если "нет", тооткуда он получил свое назначение и свою роль? И если то, что считается разумом, впервые утвердилось лишь благодаря философии и в ходе ее истории, тогда нехорошо заранее выдавать философию за дело разума. Однако как только мы подвергаем сомнению характеристику философии как некоего рационального поведения, становится сомнительным равным образом и то, относится ли философия по ведомству иррационального. Ибо тот, кто хочет определить философию как иррациональное, берет в качестве критерия разграничения рациональное, и сущностьразума снова считается чем-то само собою разумеющимся.
 

    С другой стороны, когда мы указываем, что философия способна касаться и задевать нас, людей, в самой нашей сути, эта способность может не иметь никакогоотношения к тому, что обычно называют эмоциями и чувствами, одним словом, иррациональным.
 

    Из сказанного мы заключаем пока только одно: требуется величайшая тщательность, когда мы отваживаемся начать разговор на тему "что это такое —
философия?"
 

      Прежде всего мы пытаемся вывести вопрос на четко направленный путь, дабы не плутать в произвольных и случайных представлениях о философии^ Однако как нам найти тот надежный путь, на котором мы определим свой вопрос?
 

    Путь, на который я хотел бы теперь указать, лежит непосредственно перед нами. И только из-за того, что он ближайший, мы находим его с трудом. Но и найдя,движемся по нему все-таки неуверенно. Мы спрашиваем: что это такое — философия? Слово "философия" мы произносили уже достаточно часто. Однако если мы больше не употребляем его как затертое наименование, если вместо этого слышим слово "философия" из его истока, то оно звучит так: φιλοσοφία. Слово"философия" говорит теперь по-гречески. Греческое слово, именно как греческое, есть некий путь. Путь, с одной стороны, лежит перед нами, поскольку наши предшественники произносили это слово с давних пор. С другой же стороны, он остался за нами, поскольку это слово мы постоянно слышали и произносили сами. Таким образом, греческое слово φιλοσοφία есть путь, по которому мы идем. Однако мы знаем этот путь еще слишком приблизительно, хотя располагаем множеством исторических сведений о греческой философии и можем их расширить.
 

    Слово φιλοσοφία говорит нам, что философия есть нечто такое, что впервые определило существование греческого мира. И не только — φιλοσοφία определяеттакже глубинную черту нашей западноевропейской истории. Часто употребляемое выражение "западноевропейская история" на самом деле есть тавтология. Почему?Потому, что "философия" является греческой в своей сущности, — "греческой" здесь означает: сама сущность философии коренится в том, что она завладела сначала греческим миром, и только им, чтобы развернуть себя в нем.
 

    Однако исконно греческая сущность философии в новоевропейскую эпоху своего господства стала направляться и управляться христианскими представлениями. Господство этих представлений устанавливается в средние века. И все же нельзясказать, что тем самым философия стала христианской, т.е. делом веры в Откровение и авторитет Церкви. Положение "философия по своей сути является греческой" означает одно: Запад и Европа, и только они, в глубинном ходе своей
114

Читать дальше...Свернуть )