matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

Коллизия популяционной генетики и ДНК-генеалогии- 4

Коллизия популяционной генетики и ДНК-генеалогии- 2

Коллизия популяционной генетики и ДНК-генеалогии- 3



Расчетный аппарат попгенетики и его фактическая лженаучность,
которая усугубляется фальшивыми «калибровками» (примеры)


В первой части этой статьи был дан иллюстративный пример расчета времени общего предка знаменитой шотландской «генеалогической» семьи МакДоналдов, которая в гаплогруппе R1a ведет свою линию от Джона Лорда Островов (John Lord of the Isles), умершего в 1386 году, то есть 628 лет назад. Было показано, что подход ДНК-генеалогии дает совершенно разумное совпадение с документальной генеалогией по Джону и его потомкам.

Документальная генеалогия дает 628 лет до годовщины смерти Джона (1386 год), а ДНК-генеалогия дает 650-700 лет до времени его жизни (1314-1364 год), то есть практически абсолютное совпадение в контексте данного исследования, учитывая, что год его рождения неизвестен.

Попробуем рассчитать те же данные «по Животовскому»:

6-маркерные гаплотипы: 17/68/6/0.00069 = 60 поколений, то есть 1500 лет до Джона.
12-маркерные гаплотипы: 44/84/12/0.00069 = 63 поколения, то есть 1575 лет до Джона.
25-маркерные гаплотипы: 109/84/25/0.00069 = 75 поколений, то есть 1875 лет до Джона.
37-маркерные гаплотипы: 178/59/37/0.00069 = 118 поколений, то есть 2950 лет до Джона.

Столь разные величины поколений и лет в результате применения «метода Животовского» получаются потому, что константы скорости мутаций для разных гаплотипов разные (самые высокие – для 37-маркерных гаплотипов), а в «методе Животовского» они для всех одинаковые – 0.00069 мутаций на маркер на 25 лет. Но это не самая большая проблема (хотя она приводит к дополнительным ошибкам почти в два раза, от 1500 лет до 2950 лет). Еще хуже то, что результаты получаются «ни в какие ворота». Не говорите об этом расчете генеалогам семейства МакДоналдов, засмеют и выгонят, откажутся разговаривать. Вот так работают «расчеты» популяционных генетиков. Как видим, разница та же, завышение в датировке на 230-450%, в данном конкретном случае. А поскольку случаи разные, то попгенетики задирают датировки обычно в 2.3-5.0 раз. Вот такая цена их расчетам.

«Знающий» попгенетик возразит – не может быть, Животовский свои скорости мутаций калибровал, это все популяционные генетики знают, и основополагающая статья его 2004 года основана на калибровках его скорости мутации, той самой, 0.00069 мутаций на 25 лет на маркер. Там всё доказано, потому его константу и взяли за основу в популяционной генетике.

И вот здесь начинается самое интересное. Похоже, ни один популяционный генетик, ни один (!), не удосужился проверить сам, лично, что там была за «калибровка». Ни один не взял исходные данные Животовского и не проверил. Я это сделал. Давайте посмотрим, как Л. Животовский калибровал. Основная его «калибровка» – по группе болгарских цыганских таборов, 8-маркерные гаплотипы; по группе полинезийцев, 10-маркерные гаплотипы; и по группе африканских банту. Идея такая – мы знаем, что цыгане появились в Европе примерно 900-1000 лет назад, в Болгарии – 700 лет назад, поэтому если взять группу их гаплотипов, посчитать мутации, приложить «популяционную» скорость 0.00069 мутаций на маркер на 25 лет, и если получится примерно 700 лет для Болгарии, или 900-1000 лет для Европы (Хорватии, например), то скорость 0.00069 – правильная. Разумно, не так ли?
Именно это Л. Животовский и объявил, что при калибровке так и получилось, именно со скоростью мутации 0.00069, так и вошло в учебники. То же самое в отношении полинезийцев и банту – у Животовского тоже получилось как надо, скорость 0.00069. А как же, калибровка-то вот она, налицо, так все уже 10 лет и повторяют. Так и ответили авторы статьи (Hammer, Животовский и др., 2009) на мои развернутые комментарии в журнале Human Genetics (Klyosov, 2009), в которых я показал, что они считают неверно, ошибаются в 3-4 раза. Авторы сослались на «the original Zhivotovsky et al. (2004) study (i.e., the effective rate was calibrated for time periods of *1,000 years). Since 2004, this approach has been employed by other researchers and critically evaluated in the scientific literature». Перевод: «Исходное исследование Животовского и др. (2004) (содержало) калибровку получающихся скоростей на протяжении примерно 1000 лет». Типа, какие могут быть вопросы, и тем более критика? Скорости калибровались, и всё тут.

Проверим, чего, похоже, никто не делал. Такая «наука» у популяционных генетиков. Давайте посмотрим для начала на цыган. Гаплотипы цыган были определены у 179 человек из двенадцати болгарских таборов. На удивление, у всех гаплотипы похожи, явно от общего не столь далекого предка. Посмотрим сначала, как надо работать с этими гаплотипами, а потом сверим, как «калибровал» Животовский. Для двойной проверки проанализируем как 6-, так и 8-маркерные гаплотипы, и если считаем правильно, результаты должны совпасть, в пределах разумных погрешностей.

У всех 179 цыган гаплотипы в 6-маркерном формате содержали 34 мутации от базового гаплотипа 15 12 22 10 11 12 (в формате DYS 19, 388, 390, 391, 392, 393). Это дает 34/179/0.0088 = 22±4 поколения до общего предка, то есть 550±100 лет. Поскольку из 179 гаплотипов 146 были идентичными друг другу, то есть базовыми, то логарифмический метод дает [ln(179/146)/0.0088] = 23±3 поколения до общего предка, то есть 575±75 лет назад. Практически полное совпадение результатов по линейному и логарифмическому методу. Это означает, что, действительно, все 179 цыган (или их подавляющее большинство) произошли от одного общего предка.

В 8-маркерном формате (дополнительно вошли DYS 389-1 и 389-2) добавилось 25 мутаций, то есть стало 59 мутаций. Получаем: 59/179/0.013 = 25±4 поколения до общего предка, то есть 625±100 лет. В 8-маркерном формате из 179 гаплотипов 126 базовые. Получаем [ln(179/126)/0.013] = 27±4 поколения до общего предка, то есть 675±100 лет назад.

Как видим, все четыре варианта расчета дали расстояние до общего предка болгарских цыган одно и то же, в пределах погрешностей расчета: 550±100, 575±75, 625±100 и 675±100 лет назад. Надо отметить, что хотя присутствие цыган в Болгарии было отмечено 700 лет назад, но эти сведения не обязательно точны, они могут относиться к другим цыганам, не обязательно гаплогруппы Н1 (как в данном случае), потомство у первых цыган могло не выжить, и так далее. Тем не менее, 550-675 лет назад – это не слишком далеко от отмеченного времени «начала присутствия» цыган в Болгарии.

Читатель, видимо, уже приготовился, что у Животовского получилось значительно больше, то есть не менее 1500 лет до общего предка цыган, и что он повинился, что такого науке не известно, значит, ошибочка вышла с константой 0.00069. Слишком занижена. Ведь цыган было 179, мутаций (в 8-маркерных гаплотипах) 59, так что у Животовского должно получиться 59/179/8/0.00069 = 60 поколений, то есть 1500 лет до общего предка. Но наиболее понимающие читатели, зная популяционных генетиков, уже заулыбались. Потому что у тех раз результат заранее известен, такой и получится. Наука такая. Надо просто уметь рукава пониже держать, желательно, чтобы руки закрывали.

Следим за рукавами. Один гаплотип был из списка удален, потому что он «оказался нечетным» (?). Какой удалять – естественно, на усмотрение удаляющих (или базовый, или мутированный, то есть уже направленно вносится искажение серии данных). Далее постулировали, что общий предок всех цыган жил 700 лет, то есть 700/25 = 28 поколений назад. Замечаете прием? Я-то выше рассчитывал, когда жил общий предок (получилось в среднем 600 лет назад), а Л. Животовский просто постулировал, что 700 лет назад, и отсюда вел отсчет. Но есть большая разница – время, когда цыгане были замечены в Болгарии, и время, когда жил общий предок рассматриваемых 179 цыган. Совсем не обязательно, что он был первым цыганом в Болгарии, как уже отмечено выше.

Но 600 и 700 лет – разница не так велика, так как же он подтвердил свою скорость мутации в три раза ниже?! А вот как – после совершенно произвольного снятия одного гаплотипа получилось, что при использовании квадратичного метода среднее число мутаций на маркер было 0.01272, и при делении на постулированные 28 поколений до общего предка средняя скорость мутации на маркер оказалась 0.01272/28 = 0.000454. А надо 0.00069, непорядок. Надо данные менять, иначе «теория» под угрозой. Животовский с коллегами написали в статье, что это была «недооценка». Поэтому решили пересчитать данные, введя некие «веса», и в ходе этого сняли еще ряд гаплотипов цыган. После каждой стадии подгонки смотрели, насколько скорость удалось подогнать к 0.00069, но никак не получалось. Тогда решили, что один табор – «Музыканты» – «очень гетерогенный» (на самом деле, по моим расчетам, он был совершенно нормальный, как показано выше при сопоставлении линейных и логарифмических методов), и сняли его целиком, все 19 гаплотипов, и опять ввели «веса по размеру популяции» (что ни в коем случае нельзя делать). Получили среднюю скорость мутации 0.000725±0.000187 (обратим внимание на величину погрешности), и решили, что это и есть 0.00069.

Если это «калибровка», то непонятно, что такое калибровка в понимании авторов «основополагающей» статьи, на которую все попгенетики обязаны ссылаться, иначе рецензенты статью в журнал не пропускают. На это жаловался венгерский автор на форуме по «генетической генеалогии», о чем я уже писал на Переформате. Вот такая популяционная генетика. На самом деле, авторы зря занимались акробатикой. Раз надо получить 0.00069, то способ простой – надо было повыкидывать гаплотипы с мутациями как «гетерогенные» или просто дефектные, или те, которые просто не понравились, оставить на оставшиеся полторы сотни человек ровно 23 мутации, и получить 23/150/8/0.00069 = 28 желаемых поколений, то есть как раз искомые 700 лет. «Калибровка» была бы не хуже, и никаких хлопот. Как говорил хрестоматийный герой – «как пожелаем, так и сделаем».

Так же рассчитывали и по гаплотипам полинезийцев (маори, самоанцы и жители островов Кука). Решили исходить из того, что маори прибыли в Новую Зеландию 800 лет назад, то есть 32 поколения назад, по 25 лет на поколение. Гаплотипы были 10-маркерные, но акробатика пошла и там. Самоанцев решили в расчет не включать, а у остальных сократить гаплотипы до 7-маркерных. Видимо, с 10-маркерными не получалось то, что «пожелали». Применяя квадратичный метод, нашли, что среднее число мутаций на маркер в 7-маркерных гаплотипах у маори и островитян Кука равно 0.00998, и разделив на 32 поколения, получили таким образом «форсированную» (в отличие от естественной) скорость мутации 0.00032. Как видно, это вовсе не 0.00069, а в два с лишним раза медленнее. Авторы заключили, что это опять «недооценка», и снова пустились в долгие и вязкие рассуждения, почему это может быть недооценкой. На этом «калибровка» данной серии гаплотипов была завершена.

С африканскими банту и того хуже. Раздел «Материалы и методы». Смотрим про африканских Банту. Читаем – «анализировали 148 человек гаплогруппы Е3а7-М191», перечисляются племена, сообщается, что анализ проводили по 10-маркерным гаплотипам.

Раздел «Результаты». Данных по Банту нет, они вообще в данном разделе не упоминаются.

Раздел «Обсуждение». Банту не упоминаются.

Раздел «Применение». Говорится, что применили полученную величину 0.00069 к популяции Банту, чтобы посмотреть, как это коррелирует с археологическими, лингвистическими и историческими данными. Далее говорится, что если усреднить по всем 11 племенам и популяциям, перечисленным в разделе «Материалы и методы», то получится 3400±1100 лет до «экспансии» Банту в подгруппе со снипом М191. И далее – «археологические и лингвистические данные поддерживают это значение, поскольку показывают присутствие Банту в Западной Африке в неолитические времена ∼1000 лет до нашей эры, или даже 2000 лет до нашей эры». И далее – «Величина 3400 лет назад может рассматриваться как нижняя граница для времен экспансии Банту… Если мы возьмем наиболее частые гаплотипы среди тех 148 хромосом как предковые, и приложим к ним величину 0.00069, то время для М191 получится 14700 лет… В этом случае, экспансия Банту могла произойти ранее, чем 3500 лет назад». И далее идут долгие рассуждения с неопределенной концовкой. Остается совершенно загадочным, причем здесь 14700 лет назад, когда усреднение дало 3400 лет назад «до экспансии», и причем здесь вообще «экспансия». Иначе говоря, авторы просто перешли на другую тему, и про «калибровку» успешно забыли. Нет её там.

Если это «калибровка», то что такое не калибровка? К сожалению, исходные данные (гаплотипы) в статье не приведены, ссылка статьи, что они «в сети», не дает никакого линка. Я могу только заключить, что рассматриваемая популяция Банту молодая, не более 1000-1200 лет до общего предка, как это часто бывает с африканскими популяциями, только недавно прошедшими очередное бутылочное горлышко. Ни к каким археологическим или лингвистическим данным это не имеет никакого отношения. Рассуждения в статье не имеют никакого значения в отношении рассматриваемого вопроса. Никакой «калибровки» не было и близко.

Такова цена «калибровкам» Л.А. Животовского, которые стали краеугольным камнем популяционной генетики в последние 10 лет. Кроме как «стыд и позор» других слов я не подберу. Последние пять лет я объясняю это в научной литературе, начиная со статьи в Journal of Genetic Genealogy (2009) и Human Genetics (2009), и далее в журнале Advances in Anthropology, выступаю на англоязычных форумах. Но попгенетикам – как о стену горох. Они продолжают плодить в академической литературе мусор. А те, кто в этом ровным счетом ничего не понимают, как тот же воронежский «индолог» Семененко, тем не менее, вылезают со своим критическим словом, что «метод Животовского» самый правильный, потому что им пользуются все популяционные генетики в мире. И далее – «Я опираюсь на данные международных коллективов профессиональных генетиков, опубликованные в ведущих международных научных журналах по генетике». Грош цена этим «международным коллективам профессиональных генетиков», а также рецензентам этих «международных научных журналов», а также неучам, кто это бездумно повторяет.

Напомним, что Л. Животовский применил совершенно усредненные и искусственные приближения, приняв, что константа скорости мутаций в Y-хромосомах ДНК должна быть усреднена по 10 тысячам (!) гаплогрупп за все время существования человечества, и тогда у него получилось, что она, константа скорости мутации, должна быть равна 0.00069 мутациям за 25 лет на маркер, причем она одинакова для любых гаплотипов, 6-, 7-, 8-, 9-, 10-, 12-маркерных и так далее. Любой, кто имеет хотя бы минимальный опыт работы с гаплотипами знает, что для каждого маркера есть своя константа скорости мутации, и в 6-маркерные гаплотипы попадают одни маркеры, в 8- или 9-маркерные свои (и, значит, средняя константа скорости мутации будет уже другой), в 10- или 12-маркерные гаплотипы добавляются еще другие маркеры со своими константами, и так далее. Считать, что константа одна на все – это, во-первых, принципиально неверно, во-вторых – это вносить значительную погрешность в расчеты. Именно эту ошибку делают все без исключения «международные коллективы профессиональных генетиков», чьи фундаментально ошибочные статьи «опубликованы в ведущих международных научных журналах по генетике».

Это – трагедия современной популяционной генетики. А люди, которые в этом совершенно не разбираются, продолжают кудахтать, другого слова не подберу, что «он не генетик» (это про меня). Но генетика здесь совершенно не при чем, нет в ДНК-генеалогии генетики, генетика закончилась до ДНК-генеалогии, когда генетики определили, какие мутации есть в ДНК, сколько «тандемных повторов» есть в маркерах, и какие снипы найдены в каких участках Y-хромосомы. Иначе говоря, генетика, а точнее, лаборанты в компаниях типа FTDNA или в лаборатории популяционной генетики РАМН, снабжают нас этими данными, а ДНК-генеалогия идет дальше, проводя количественную обработку этих данных, чего генетики делать уже не умеют. У них образование не то, их этому не учили. А учиться, как показывают последние 6-8 лет, они либо не могут, либо не хотят.

Что же касается того, что наши с И.Л. Рожанским калибровки констант скоростей мутаций «не дали ничего нового», и «просто повторили давно известное» (то, что заявил Балановский с трибуны в ходе своего доклада), то это только указывает на уровень компетенции «специалиста». Уровень Балановского – ужасающе низкий. Совершенно серый уровень, никакой творческой искры, сплошные штампы.

Кстати, у меня на конференции был продолжительный разговор с Л.А. Животовским, в ходе которого был снят целый ряд недоразумений, как-то застрявших в голове Льва Анатольевича. Он выставил мне четыре вопроса (они-то и были недоразумениями), и остался ответами полностью удовлетворен, вопросы снял. Один из них отражал традиционное заблуждение (скорее, дезинформацию) попгенетиков, что я якобы приравниваю гаплогруппу к этносу. Как только я напомнил, что везде пишу, что у этнических русских есть четыре основных гаплогруппы и полтора десятка минорных, у карачаево-балкарцев три основных гаплогруппы и целый ряд минорных, он тут же сказал – понял, вопрос снимаю.

Другой вопрос был о том, почему я не учитываю «пропадания» генеалогических линий, поскольку по причине этого он и использует сильно заниженную константу скорости мутации (0.00069, а не 0.00179 для 67-маркерных, или 0.00243 для 37-маркерных), чтобы компенсировать потери. И еще, почему я не учитываю размер популяции, поскольку когда у отца рождается в итоге 40 сыновей, а у тех еще по много сыновей, то идет быстрый разбег мутаций в ДНК сыновей и прочих внуков и правнуков, и это надо учитывать. Об этом он рассказывал в своем докладе.

Я пояснил, что это принципиальное заблуждение популяционных генетиков, потому что когда, например, между общим предком и мной 40 поколений, то мне все равно, сколько у меня братьев и прочих родственников, поскольку мутации между общим предком и мной идут исключительно на протяжении этих 40 поколений, только по этой вертикали, по этой генеалогической ниточке. У остальных выживших родственников от того же общего предка – то же самое, те же 40 поколений, как и у всех остальных. Поэтому у всех нас сегодня, у каждого потомка этого общего предка, в 111-маркерных гаплотипах в среднем по 8 мутаций. У одних 7 мутаций, у других 9 мутаций, но в среднем 8 мутаций у каждого. Если нас, протестированных, собрать 100 потомков от этого общего предка, то на всех придется 800 мутаций в наших 111-маркерных гаплотипах. Вот и получаем: 800/100/0.198 = 40 поколений до общего предка (я здесь для простоты пренебрегаю возвратными мутациями). А у тысячи потомков будет 8000 мутаций, и получим 8000/1000/0.198 = 40 поколений, то же самое. А у 20 потомков будет 160 мутаций, и получим 160/20/0.198 = 40 поколений, то же самое. И это не зависит, нас только 20 человек выжило в потомках, или 100, или 1000 человек (просто погрешность расчетов больше у малого числа гаплотипов). Потому что мутации в каждом из нас индивидуальны. Здесь, кстати, 0.198 – это константа скорости мутации в 111-маркерных гаплотипах.

Лев Анатольевич долго мучился, пытаясь побороть в себе это старое заблуждение попгенетиков, и я, чтобы ему помочь, привел пример с радиоактивным распадом. Там неважно, образец радиоактивного материала в килограмм весом, или в грамм, или в миллиграмм. Время полураспада будет одинаковым, и, значит, и константа скорости распада будет той же самой. Процесс-то первого порядка, как и мутации в гаплотипах. По такому же принципу размер образца (число потомков) не влияет на константу скорости мутации, и у попгенетиков – принципиальное заблуждение на этот счет. В итоге Л.А. согласился, но сказал, что еще помоделирует, что я приветствовал. Мы даже условно договорились написать совместную статью, в которой разобрать и сравнить основные принципы и положения популяционной генетики и ДНК-генеалогии, но позже Л.А. Животовский от такой статьи отказался. Нетрудно догадаться, почему.

Правда, несколько позже выяснилось и другое. В первой части этой статьи я уже писал, что на Конференции была зачитана (профессором Э.К. Хуснутдиновой) Резолюция Круглого стола по антропологии, генетике и ДНК-генеалогии, в которой не было никаких слов «осуждения» ДНК-генеалогии, да их и не могло быть, поскольку аудитория принимала ДНК-генеалогию с энтузиазмом, и даже изгнала из зала Балановских, которые пытались устроить обструкцию дополнительной лекции по ДНК-генеалогии, на которую собрался зал. Иначе говоря, был провал противников ДНК-генеалогии.

Однако Балановская изготовила подметную «резолюцию», и разместила ее еще 27 ноября на сайте своей лаборатории популяционной генетики РАМН, то есть именно в день своего изгнания, когда для Конференции оставался еще полный день работы. Далее она начала проталкивать этот подметный вариант, который на Конференции не звучал, через Оргкомитет Конференции и докладчиков. Концовка его следующая: «в рамках распространяемой в интернете «ДНК-генеалогии» отождествляются принципиально разные этнические и генетические категории, прикрепляются этнические названия к генетическим «родам» и археологическим культурам. Понятийно-расчётный аппарат ДНК-генеалогии научно необоснован, не прошёл научную апробацию в индексируемых научных журналах и основан на смешении популяционно-генетических, генеалогических и историко-культурных понятий. Все эти черты ДНК-генеалогии выводят ее за рамки академических наук и находятся в противоречии с необходимостью корректного подхода, различающего биологические данные о популяции от понятия народа во всей его сложности. Поэтому упоминание ДНК-генеалогии в названии Круглого стола неуместно».

Спустя 10 дней, Балановская прислала эту «резолюцию» мне для «согласования», тем самым фактически подтвердив, что на ее сайте была размещена фальшивка, а не согласованная Резолюция. При этом она сообщила, что «Проект резолюции разработан учеными, представляющими и генетику, и антропологию: Е.В. Балановской, О.П. Балановским, Л.А. Животовским, Д.В. Пежемским. Также текст был одобрен В.А. Шнирельманом, мнение которого особенно важно в плане формулировок, касающихся этносов. Окончательные формулировки были утверждены председательствовавшим модератором (Н.К. Янковским)».

Характерно, что фамилий профессора Э.К. Хуснутдиновой и профессора М.Д. Каракетова, основных модераторов Круглого стола, среди перечисленных «разработчиков» нет. Пикантно и то, что именно Э.К. Хуснутдинова зачитывала настоящую Резолюцию на заключительном пленарном заседании Конференции, но не попала в список «разработчиков». Как и М.Д. Каракетов, который пытался остановить Е. Балановскую в ходе ее доклада, когда она давала мне персональные (негативные, разумеется) характеристики, но остановить ему не удалось. Балановская его откровенно проигнорировала, и, как видно, к составу «разработчиков резолюции» не подпустила. Зато там оказался В.А. Шнирельман, которого не было ни среди модераторов, ни среди докладчиков Круглого стола, и который, уверяю, не имеет никакого понятия о ДНК-генеалогии.

Кстате о В. Шнирельмане. Совершенно очевидно, что его привлекли к «одобрению» не случайно. Он – автор печально известного доклада при Московском бюро по правам человека, доклада под названием «Мифы современного расизма в РФ», в котором он как пугало выставляет древних ариев, раздел доклада называется «Праиндоевропейцы и русский национализм», и весь доклад построен в издевательских конструкциях в отношении изучения древней истории русского народа. «Расисты» для Шнирельмана – это те, кто занимается древней историей славян, их он называет «идеологами», и они, конечно, Шнирельману неприятны. Он пишет:

…они объявляют, что «вопрос древней истории – это первостепенный вопрос государственной стратегии». Со своей стороны они рисуют Евразию исконной родиной славяно-русов, где они жили якобы в течение тысячелетий, закладывая здание будущей человеческой цивилизации. Подхватывая мессианский советский миф, эта концепция опрокидывает его в отдаленное прошлое и изображает доисторических предков богатым и щедрым народом, отважными воинами и неутомимыми завоевателями, благородными культуртрегерами и создателями едва ли не всех древнейших цивилизаций.

Разумеется, это Шнирельману крайне неприятно. В список таких «идеологов», осуждаемых Шнирельманом, попали известный востоковед И.М. Дьяконов и лингвисты В.В. Иванов и Т.В. Гамкрелидзе, а также «мифотворец-патриот Л.Н. Гумилев» (о, патриот – это бранное слово у Шнирельмана), сибирский археолог В.Е. Ларичев («пропагандировались фантазии сибирского археолога В.Е. Ларичева о древнейшей в мире цивилизации в Сибири, созданной, естественно, индоевропейцами»), писатель В.А. Чивилихин (который «настаивал на том, что предки славян были автохтонами в поволжских и причерноморских степях. В итоге он договаривался до того, что славяне будто бы существовали как общность уже пять тысяч лет назад», и «не без удовольствия замечал, что и в долине Хуанхэ древнейшее население было представлено светлокожими индоевропейцами» (какое уж там удовольствие для Шнирельмана…).

В число «идеологов» попали также академик Б.А. Рыбаков, в трудах которого «рисовалась многотысячелетняя история первобытных славян» (это – крайне неприятно для Шнирельмана), как и то, что «корни славян Рыбаков издавна искал в бронзовом веке», и «Рыбаков делал все, что в его силах, чтобы обнаружить славянские корни в глубинах первобытности». Шнирельману крайне неприятно то, что академик Рыбаков «полагал, что доказательство глубокой древности славян положительно скажется на самосознании и самоощущении русского народа. Не случайно одну из своих популярных статей он назвал «глубокие корни – могучая крона»». С точки зрения Шнирельмана, это плохо. Это – плохая «идеология». Это – «национализм». Интересно, с каких пор шнирельманы диктуют нам, русским, что такое «национализм», и почему русский патриотизм – это плохо, это плохая «идеология».


Продолжение следует…
А. Клёсов,
доктор химических наук, профессор



Subscribe
promo matveychev_oleg february 3, 18:05 60
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 7 comments