matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

Categories:

«Слава» — эскадренный броненосец Русского Императорского флота


Выгоревший линкор «Слава» после боя в Моонзунде.

«Слава» — эскадренный броненосец Русского Императорского флота типа «Бородино». Единственный из кораблей своего типа, не принявший участие в Русско-Японской войне.

Заложен 1 ноября 1902 года, спущен на воду 29 августа 1903 года, введен в строй 12 июня 1905 года.

Водоизмещение – 15 520 тонн, скорость - 18 узлов, вооружение – 4 305-мм, 12 152-мм, 20 76-мм и 4 47-мм орудий, 4 381-мм торпедных аппарата.


В мае 1906 г. на «Славе» развернулась подготовка к плаванию с корабельными гардемаринами и учениками — строевыми квартирмейстерами. 1 июня линкор начал кампанию и поступил в Гардемаринский отряд (полное название — «Отдельный отряд судов, назначенных для плавания с корабельными гардемаринами»), куда вошли также вернувшиеся с Дальнего Востока «Цесаревич» и крейсер «Богатырь». 20 августа, после произведённого накануне императорского смотра, «Слава» в составе отряда ушла из Кронштадта в заграничное плавание, вернулись из которого 29 марта 1907 года.

Июнь, июль и август 1907 г. Гардемаринский отряд провёл в плаваниях в Финском заливе и Балтийском море. 30 сентября ушли в Христианию (Осло), а затем последовательно посетили Берген, Гринок и Брест.

В следующем порту — испанском Виго — отряд простоял две недели, занимаясь артиллерийскими стрельбами, рейдовыми учениями и шлюпочными гонками, после чего, приняв усиленный запас угля, вышел в Мармарис — турецкую бухту на берегу Малой Азии в Средиземном море, где по прибытию непрерывно проводились учения: торпедные стрельбы на якоре, шлюпочные учения, гонки, водолазные работы и артиллерийские стрельбы. 31 января в 7.00 Слава покинула Мармарис для следования в Наваринскую бухту.

1 февраля в 22.30 отряд стал на якорь в Наваринской бухте в полумиле от города. Утром 7 февраля корабли уже входили в гавань Неаполя.

16 февраля 1908 года отряд снялся с якоря и вышел на родину, по дороге зайдя в Гибралтар, Виго и Киль. 26 марта корабли вошли в аванпорт Порта императора Александра III, оставив за кормой в общей сложности 11,5 тыс. миль, которые преодолели без единой поломки главных механизмов. С 28 марта по 2 апреля были проэкзаменованы корабельные гардемарины, а на следующий день, после смотра кораблей отряда морским министром адмиралом И.М. Диковым, списаны на берег.

На 29 сентября 1908 года было назначено третье плаванье с гардемаринами и учениками строевых унтер-офицеров. Соединение прошло по маршруту: Кронштад - Либава - Плимут - Виго - Бизерта - Августа (Сицилия) - спасение пострадавших от землетрясения в Мессине - Палермо - Неаполь - Александрия - Алжир - Гиблартар - Канары - Мадейра - Виго - Портсмут - Киль.

17 марта 1909 года прибыл в Порт императора Александра III, сделав за всё время плавания 10 896 миль.

Кампанию 1910 г. отряд в составе «Славы», «Цесаревича», крейсеров «Рюрик» и «Богатырь» начал 9 мая. 10-го на корабли прибыл новый выпуск гардемарин. Весь май, июнь и половина июля прошли в учениях и окончании разнообразных ремонтных работ. 23 мая Балтийский отряд вышел в Биорке-зунд.

Но на пути к Гибралтару «Слава» резко убавила, а потом и вовсе застопорила машины. Причина заключалась в выходе из строя системы снабжения котлов водой из-за отказа их питательных насосов. Блэка), усугубившегося общей изношенностью котлов и плохой подготовкой машинной команды, осложнившейся её значительным некомплектом.

В результате этого Слава была взята на буксир Цесаревичем и доведена сначала до Гибралтара, а потом до Тулона, где ее поставили на ремонт длительностью 8 месяцев.

21 апреля 1912 г. Слава, Цесаревич и Рюрик начали кампанию 1912 года. 25 апреля Слава, сопровождаемая Цесаревичем и Рюриком, вышла в Кронштадт, откуда бригада перешла в Ревель для занятий по боевой подготовке личного состава. Линейные корабли выходили в море для практического плавания и маневрирования как в составе эскадры Балтийского моря, так и отдельно.

8 сентября бригада линкоров под флагом начальника Морских сил в сопровождении бригады крейсеров и Минной дивизии вышла из Ревеля в практическое плавание с заходом в Копенгаген. 11 сентября бригада встала на якорь в Зунде у крепости Кронборп а на следующий день перешла на рейд Копенгагена, где простояла до 16 сентября.

После этого корабли возвратились в Ревель.

В начале июля 1913 года бригада линкоров участвовала в проведении состязательных стрельб на императорский приз у Ревеля. По свидетельству адмирала Григоровича, стрельба вышла удачной, доволен остался и император, давший по возвращении в Ревель завтрак для флагманов и командиров кораблей на борту яхты Штандарт.

В конце лета адмирал Эссен устроил своему флоту III сбор — очередные крупномасштабные манёвры, продлившиеся с 18 до 25 августа. В ходе общефлотских учений Морские силы Балтийского моря под руководством неутомимого командующего провели развёртывание всех сил флота, серию бригадных и совместных эволюций, ночное плавание без огней, отражение торпедных атак, плавание под проводкой тральщиков и отработку разнообразных задач в шхерном районе между Гангэ и Гельсингфорсом.

27 августа в 4 часа утра бригада линкоров вышла в первый большой заграничный поход русского флота, со времён выхода в океан 2-й Тихоокеанской эскадры, в составе эскадры Балтийского моря. Очевидцы свидетельствуют, что это было внушительное зрелище: впереди два крейсера, далее колонна линкоров, лидируемая «Рюриком», замыкающими ещё два крейсера, по два миноносца на траверзах флагмана. Флот становился реальной боевой силой.

Первой остановкой на пути флота стал английский Портленд, а после него французский Брест. Везде русский флот встречали с размахом. Пройдя через Ла-Манш и Скандинавию, 21 сентября корабли возвратились в Ревель, пройдя за 300,5 ходовых часов 3520 миль.

Кампания 1914 г. выдалась продолжительной. 10 апреля линкоры вышли в море и пробыли там трое суток. В течение похода производились простейшие эволюции: ночью — отражение минных атак и практика плавания без огней, а в последний день похода — двухстороннее маневрирование совместно с бригадой крейсеров.

13 апреля бригада стала на якорь в бухте Тагалахт, где простояла до 17-го, занимаясь рейдовыми учениями, стрельбами пулями по звонкому щиту и отражением минных атак. 17 апреля перешлив Гельсингфорс для приёмки угля. На походе было опять произведено двухстороннее маневрирование совместно с бригадой крейсеров. 21 апреля линкоры перешли в Ревель и приступили к прохождению курса артиллерийских стрельб. До июня продолжались занятия по маневрированию и стрельбам.

4 июня 1914 г. на рейд Ревеля пришла британская эскадра линейных крейсеров. 23 июня бригада линкоров с другими частями флота выходила на двухстороннее маневрирование на Ревель-Поркаллаудской позиции, которое было затем повторено 30 июня в присутствии великого князя Кирилла Владимировича. С 23 июня по 9 июля бригада продолжала курс стрельб. 9 июля линкоры выходили на маневрирование с подводными лодками.

После этого 17 июля бригада перешла в Ревель, перед полуночью была сосредоточена у Наргена. В ожидании неминуемого, как казалось в те дни, прорыва кайзеровского флота через горло Финского залива к Кронштадту и Петрограду, линейные корабли держались у острова всю ночь и 18-го вышли в море к весту от позиции для прикрытия постановки минного заграждения, крейсируя на меридиане Пакерорта.

19 июля Германия объявила войну России; утром этого дня корабли перешли из Ревеля к острову Нарген, затем вдоль кромки поставленного минного поля вернулись в Гельсингфорс. 20 июля они снова перешли к Наргену и, простояв там сутки, 21-го продолжали мобилизационные мероприятия — принимали запасы, сдавали в порт лишние шлюпки и прочее имущество, в готовности немедленно выйти в море для принятия боя на минно-артиллерийской позиции. Однако с вступлением в войну 22 июля Англии эти опасения несколько ослабли.

26 июля последовала мобилизация шведского флота, хотя и не очень многочисленного (его силы оценивали в 8 броненосцев береговой обороны 1-го класса и 9 2-го и 3-го, а также 4 больших миноносца и 40 малых), но вполне способного, в случае выступления против России, создать дополнительные сложности на театре. понимая это, адмирал Эссен решил пуститься на крайне рискованный в политическом отношении шаг: внезапным ударом всех своих сил уничтожить главные силы шведского флота в его базах, не дожидаясь развёртывания и соединения с германским.

28 июля «Слава» в составе бригады линкоров вышла в «шведский поход», имевший целью ультимативно принудить Швецию к нейтралитету, а в случае отказа уничтожить её флот. В 17.15 три линкора, возглавляемые «Рюриком» под флагом адмирала Эссена («Император Павел I», «Цесаревич», «Слава») с 1 -й минной дивизией на левом траверзе вышли в море курсом на Готска-Санде, к северу от о. Готланд.

В штабе комфлота на «Рюрике» ожидали шифровку командующего VI армией с условным позывным «Гроза», означавшим, что Швеция отказалась выполнить ультимативное требование держав Антанты об объявлении ей нейтралитета и разрешение атаковать её флот. Отмена операции последовала на следующий день, линкоры вернулись в базу, пройдя около 280 миль.

С этого момента и до конца года бригада совершала выходы для занятий по маневрированию и стрельбам, а так же выходы на учения дальномерщиков и наводчиков. 7 декабря вернулись в Гельсингфорс, где и окончили кампанию 1914 г. В отчёте командующего бригадой значится, что в течение года бригадой пройдено 6650 миль в течение 75 ходовых дней.

Кампанию 1915 г. Балтийский флот начал необычайно рано: для предотвращения возможной попытки занятия противником Або-Оландского района и создания здесь временной базы миноносцев и подводных лодок (относительно этого плана имелись агентурные сведения), Н.О. Эссен решил сосредоточить в районе крупные силы — 2 линкора-додредноута, 2 крейсера, 2 дивизиона миноносцев, кандолки, минные заградители и подводные лодки. В качестве основного элемента устойчивости этого оперативного соединения были избраны «Слава» и «Цесаревич», в соответствии с новым планом боевого порядка главных сил сведённые с начала кампании 1915 г. в 4-ю маневренную группу.

Приказ о выдвижении обоих линкоров последовал 25 марта,а 29-го с рассветом линкор вышел в Ревель. 5 апреля бригада выдвинулась в Пипшер, а после в Юнгфрузунд и стояла здесь до конца апреля. В течении мая - июня проводились стрельбы, маневрирование и другие учения, а позже было принято решение привлечь «Славу» и «Цесаревича» для обеспечения операции по бомбардировке Мемеля. 18 июня в 18.00, по срочному предписанию начальника 1-й бригады крейсеров, бригада прибыла в Пипшер. 19 июня, во время боя «Рюрика» с «Рооном», адмирал Бахирев, получив сведения, что из Данцига на поддержку последнего вышли два додредноута-«Дойчланда», распорядился «Славе» и «Цесаревичу» немедленно выйти в море для поддержки. Но позже линкоры получили радиограмму двигаться в Ревель. И в 3.15 стали на Ревельском рейде.

В июле 1915 г., после занятия германской армией Курляндии и выхода её на южное побережье Рижского залива, а также возросшей, начиная с конца мая, активности у Либавы и Виндавы лёгких морских сил противника, в штабе командующего флотом Балтийского моря возник план усиления корабельной группировки морских сил в заливе тяжёлым кораблём. Выбор пап на «Славу». Перевод «Славы» в Рижский залив, о чём немцам стало известно в тот же день, заставил их ускорить приготовления к прорыву, поскольку с появлением линкора давление на приморский фланг германской армии в Курляндии должно было существенно возрасти. «Слава» была переведена в залив вовремя: не прошло и недели, как линкору представился случай вступить в бой с противником — 26 июля немцы приступили к операции по форсированию Ирбен.

Для прорыва в залив и обеспечения операции с моря противник развернул значительные силы — 8 дредноутов, 7 додредноутов, 3 линейных крейсера, 9 крейсеров, 54 эсминца и миноносца, 39 тральщиков, а также минные заградители и корабли обеспечения. Эти силы в два с лишним раза превосходили весь русский Балтийский флот. Цель операции состояла в прорыве в Рижский залив, уничтожение там наличных русских морских сил, минирование Моонзунда и содействие флангу армии с моря. В состав Морских сил Рижского залива (МСРЗ) входили додредноут «Слава», 4 канонерские лодки, дивизия эсминцев, 4 подводных лодки и минный заградитель «Амур».

На рассвете 26 июля немцы приступили к прорыву. В 3.50 тральщики начали траление фарватера в средней части Ирбен. Их действия прикрывали линкоры «Брауншвейг» и «Эльзас», крейсера «Бремен» и «Тетис». Мористее держались остальные 5 додредноутов и 4 крейсера. После прохода первой линии заграждений тральщики попали под огонь русских канонерских лодок «Храбрый» и «Грозящий», подошедших из Моонзунда. По ним открыли огонь главным калибром оба германских линкора прикрытия.

Около 10.30 подошла «Слава». «Брауншвейг » и «Эльзас» сразу перенесли огонь на неё, сделав с дистанции 87,5 кбт по несколько залпов. «Слава», к этому времени имевшая фактическую дальность его сильно изношенных 12" орудий на наибольшем угле возвышения (15°) лишь 78 кбт, не отвечала. После шестого залпа она отвернула и вышла из зоны действия артиллерии германских линкоров.

Около 13.00 немцы, прошедшие две лини заграждений, наткнулись на третью. После подрыва крейсера и эсминца и гибели тральщика германский штаб воспринял эту новость с определённым унынием — перспектива прорыва в залив и блокирования минами до темноты Моонзунда таяла, отложить прорыв до утра не позволяли малые запасы угля. Германский командующий вице-адмирал Э. Шмидт отдал приказ прервать операцию и начать отход, а в довершение неудачи в 14.05 подорвался на мине и затонул тральщик Т-58.

Первая встреча «Славы» с противником не ознаменовалась открытием огня (по этому поводу немцы строили самые разные догадки). Причина заключалась в нежелании командования линкора и флагманского артиллериста 2-й бригады Л.М. Галлера демонстрировать противнику меньшую дальнобойность его орудий. На будущее же было предложено, наскоро опробовано и позднее успешно осуществлено на практике заполнение водой трёх бортовых отсеков не стреляющего борта, что давало крен в сторону от противника 3°, при этом дальность действия 12" артиллерии возрастала на 8 кбт.

Оптимальность этого значения следовала из следующих наблюдений: при крене большем 3° сильно затруднялось действие зарядников и вообще заряжание орудий, при крене в 5° бортовой пояс полностью выходил из воды, а при крене большем 3° манипуляции с перекрениванием происходили слишком долго. В итоге решили остановиться на значении в 3°, принимая по 100 т воды в три бортовых отсека, что занимало 10— 15 мин.

Попытка прорыва в Рижский залив была повторена через неделю. Германское командование выделило силы, которые состояли из дредноутов «Нассау» и «Позен», лёгких крейсеров «Грауденц», «Пиллау», «Бремен» и «Аугсбург», 30 миноносцев, 26 тральщиков, двух дивизионов катерных тральщиков, восьми сторожевиков, минного заградителя «Дойчланд» и трёх пароходов-брандеров для затопления в гавани Пернова.

В ожидании новой атаки германского флота на Ирбены «Слава» стояла на рейде Аренсбурга. 3 августа в 12.19 на находившийся в пятнадцатиминутной готовности линкор поступила радиограмма с приказом о выходе на позицию у Ирбен. Через десять минут корабль начал движение и поднял пары во всех котлах и полным ходом двинулся на позицию.

Около 13.45 «Слава» приблизилась к маяку Церель, обнаружив к весту значительные силы противника. В 14.05, когда дистанция до противника составляла 120 кбт, немцы открыли огонь по «Славе », сделав 6 залпов, которые легли с недолётом от 1,5 до 15 кбт. «Слава» отошла немного на ост и на меридиане маяка Церель легла на нордовый курс, поле чего приняла крен на правый борт в 3°30' и, «для прогревания орудий, поверки дальномеров и чтобы не молчать на выстрелы противника », дала два залпа из 12» орудий.

Большие недолёты вынудили прекратить стрельбу. К 16 часам дистанция до противника сократилась до 105— 110 кбт, после чего дредноут «Нассау» произвёл по «Славе» 9 залпов, которые ложились уже ближе к кораблю. «Слава» не отвечала. В 16.50 у южного берега пролива были замечены идущие большим ходом на ост два миноносца, и с предела дальности открыли по ним огонь 6" калибром, после чего миноносцы отошли. В ответ на это по «Славе» немедленно открыли огонь «Нассау» и «Позен»; линкор прекратил стрельбу так как снаряды стали ложиться весьма близко. Огонь противника продолжался около 5 минут, было произведено не менее 10 залпов.

Спустя 15 минут с дистанции 85 кбт открыла огонь по тральщику, а затем по крейсеру «Бремен», В ответ на это по «Славе» опять начали стрелять оба германских дредноута, падения залпов которых ложились близко с недолётами и перелётами. В 17.50 «Слава» прекратила огонь по «Бремену». Первый день повторной операции прорыва вновь закончился для немцев ничем — протралить заграждения в Ирбенах и войти в залив они так и не смогли.

Утром 4 августа «Слава» снялась с якоря и полным ходом двинулась на позицию. В 7.20 с корабля увидели вспышки выстрелов, а затем падения германских снарядов около миноносцев сопровождения; была пробита боевая тревога. Видимость к весту продолжала составлять 40— 50 кбт. В 7.45 противник сосредоточил огонь по «Славе», причём самих кораблей всё не было видно. После нескольких перелётов снаряды стали ложиться близко, в 7.52, после 5 залпов, огонь был прекращён. Линкор лёг на курс, выйдя из зоны обстрела.

В 8.40 дальномерщики линкора заметили германские миноносцы и тральщики на дистанции около 85-90 кбт. Линкор всё ещё не мог открыть огня по причине того, что из башен не видели цели. Через пять минут германские дредноуты залпами с больших перелётов открыли по «Славе» интенсивный огонь и в «Славу» одновременно попало три 11" снаряда. Сразу перестал действовать рулевой привод и корабль пошёл, управляясь машинами. Дредноуты не прекращали осыпать «Славу» снарядами, продолжавшими ложиться близко от корабля, и в 8.58 после 12-го залпа прекратили огонь. На корабле быстро справились с пожарами и повреждением в руле, в связи с опасностью возгорания в погребе левой кормовой 6" башни его помещение пришлось затопить.

Следующий прорыв немцев в залив и отход основных сил в Куйваст сделали положение «Славы» весьма рискованным. Не имея возможности ни прорваться назад в Балтику через Ирбены, ни уйти на север из-за мелководья, кораблю оставалось только принять неравный бой на невыгодной позиции, исход которого представлялся предрешённым. На Славе готовились к «последнему параду». 8 августа на линкоре получили сведения немцы оставили Рижский залив — понеся чувствительные потери в корабельном составе, в отрыве от своих баз снабжения и не имея перспективы удержать за собой захваченный водный район в отсутствие оборудованного пункта базирования, противник увёл свой флот вторжения назад в Балтику.

В кампанию 1916 г. «Слава» вступила, находясь на якорной стоянке у Вердера. 14 апреля на стоявшую неподвижно на бочках «Славу» совершили внезапный налёт два германских гидроплана, сбросившие 12 бомб. Три из них попали в линкор, результатом чего стала гибель 1 матроса и ранение 9 (из них 4 впоследствии скончалось).

Была сыграна воздушная тревога, по аэропланам успели выпустить 11 75-мм и 50 40-мм снарядов, однако попаданий отмечено не было. Этот налёт положил начало серии германских авиаударов по продолжавшему стоять неподвижно кораблю: воздушные атаки повторились в ночь на 18 цеппелин сбросил 10 бомб, не достигших цели и 20 апреля три низколетящих гидроплана сбросили безрезультатно 19 бомб, по ним выпустили 76 75-мм и 19 40-мм снарядов.

Основной задачей «Славы», состоявшей в Отряде морских сил Рижского залива, на предстоящую кампанию являлась артиллерийская поддержка сухопутных частей приморского фланга XII армии. В конце июня 1916 г. линкор принял участие в нанесении контрудара по скоплениям германских частей к западу от Риги, готовящихся перейти в наступление.

В начале июля «Слава» поддерживала, на этот раз гораздо более интенсивно, масштабное наступление частей XII армии к западу от Риги, имевшее целью вытеснение противника из Курляндии. Главные силы Отряда Рижского залива в том же составе, что и за две недели до этого, утром 2 июля, одновременно с началом артподготовки армейской артиллерии, открыли огонь по береговым целям. В течение со 2 по 4 июля «Слава» выпустила по противнику 88 12" и 234 6" снаряда, в ответ подвергаясь обстрелу с его береговых батарей.

Ни одного прямого опадания линкор не получил, на палубе впоследствии обнаружили несколько осколков разорвавшихся неподалёку снарядов. В связи с увеличившейся активностью сторон под Ригой германское командование в конце июля 1916 г. приступило к подготовке новой операции по прорыву в Рижский залив.

После февральских событий начало марта на «Славе» прошло не в пример спокойнее, чем на остальных двух стоявших рядом додредноутах 2-й бригады, на которых разразилась вакханалия убийств офицеров. 3 марта офицеры были подвергнуты мягкому заточению в кают-компании с приставлением часового, матросский комитет Кадушкина составил список «желательных» офицеров, не включённые в который должны были покинуть корабль.

Однако команда «Славы» наотрез отказалась следовать призывам с «Андрея» и «Павла», где особенно рьяно расправлялись с офицерами, несмотря даже на то, что последний, подкрепляя свои призывы угрозой, навёл 8” орудия левого борта на «Славу».

Нижние чины «Славы» 4 марта заявили на общем утреннем сборе в церковной палубе о верности своим офицерам и просили их вернуться к исполнению обязанностей.

Перед кампанией 1917 г. на смену покинувшим линкор старым, боевым матросам прежних призывов в команду влилось молодое пополнение, уже серьёзно поражённое духом революционного брожения.

В начале июня «Слава» получила предписание штаба флота вновь готовиться к походу в Моонзунд на усиление корабельной группировки сил Рижского залива. 26 августа линкор прибыл в Куйваст. В течение всего периода стоянки обстановка внутри команды корабля накалялась, дисциплина снижалась, а капитан корабля писал вице-адмиралу о том, что вообще не уверен в своей команде. Такой была внутренняя обстановка на линкоре, когда германское командование 29 сентября 1917 г. приступило к комбинированной операции по овладению островами Моонзундского архипелага и прорыву через Ирбены в Рижский залив.

В 8.10 4 октября германские корабли в окружении тральщиков двумя колоннами двинулись нордовым курсом, держась на меридиане маяка Патерностер. В правой колонне, охраняемые 8 большими миноносцами, шли дредноуты «Кёниг» и «Кронпринц», в левой — крейсера «Кольберг» и «Страсбург». Около 9.00 тральщики упёрлись в юго-западный угол заграждения 1917 г. и наткнулись на мины. Тральные корабли приступили к работе, а дредноуты в 9.15 обстреляли главным калибром русские дозорные миноносцы.

Вице-адмирал М.К. Бахирев, получив около 8.00 сведения о движении немцев по радиограмме с дозорного миноносца, приказал «Славе» и «Гражданину» (Цесаревич) перейти на рейд Куйваст. В 9.12 показался дым и мачты неприятеля. На всех трёх кораблях сыграли боевую тревогу. Вскоре последовал налёт на Куйваст неприятельских аэропланов, не оказавший влияния на подготовку к бою линкоров.

В 10.05 «Слава» с предельной дистанции открыла огонь по западной группе германских тральщиков. Первый залп дал перелёт, второй недолёт и третий накрыл их, после чего тральщики, под прикрытием дымовой завесы, отошли. Вскоре после начала стрельбы по кораблям М.К. Бахирева с предельной дистанции открыли огонь германские дредноуты, продолжавшие двигаться на ост малым ходом вдоль южной кромки поля 1917 г. Первый залп «Кёнига» из трех стволов, лёг впритирку к корме «Баяна», оказавшегося южнее всех. Одновременно «Кронпринц» открыл огонь по «Гражданину » пятиорудийными залпами, дававшими небольшие недолёты. «Слава», таким образом, на этом этапе боя оставалась необстрелянной.

Дождавшись сближения на дальность действия его 12" орудий, «Гражданин» открыл огонь главным калибром также по западной группе тральщиков. Из-за меньшей дальности его орудий он, получая недолёты, приостанавливал стрельбу, выжидая, пока тральщики приблизятся, чтобы вновь открыть огонь. Противоминным калибром (6") он пытался обстреливать тральщики у восточной кромки заграждения. Русские линкоры были чрезвычайно стеснены в маневрировании, управляясь на месте машинами.

Германские корабли находились не в лучшей ситуации, так как не моли сократить дистанцию ведения огня по русским кораблям из-за минных заграждений, поэтому вице-адмирал Бенке приказал своим дредноутам развернуться на правый борт и лечь на вестовый курс с целью выйти за предельную дальность неприятельского огня.

На последних минутах этого боя, закончившегося отступлением немцев для перегруппировки сил, на «Славе» возникла первая большая проблема — вышла из строя носовая 12" установка по причине перекоса валов шестерен привода замков.

В 10.50 вдали снова показались тральщики противника. Все корабли застопорив ход открыли по ним огонь. но тральщики под огнем русских кораблей успели пройти минные заграждения 1917 и 1916 годов, чем открыли путь для своих дредноутов.

Набрав ход, оба германских дредноута большой скоростью пошли на сближение. Сократив дистанцию до 90 кбт, «Кёниг» в 12.13 открыл огонь по «Славе», а шедший ему в кильватер «Кронпринц» через несколько минут начал стрелять по «Гражданину» и «Баяну». Артиллерийская атака на сближении высоким ходом продолжалась до 12.40. Первые десять минут боя не приносили немцам результата, наконец в 12.25 очередной залп «Кёнига» лёг накрытием, давшим три попадания. Корабль испытал сильнейшее сотрясение Все три германских снаряда попали в подводную часть левого борта: два в нос ниже шельфа и один против левого машинного отделения в кромку броневого пояса.

Попадание одного из снарядов пришлось на 3-3,5 м ниже брони, в помещение двух носовых боевых динамо-машин. Разрыв последовал или у самого борта, или в бортовом коридоре и произвёл сквозную пробоину около 1,5 сажень диаметром. Электричество во всей носовой части сразу погасло. Ситуация осложнилась тем, что экипаж не успели задраить двери в переборке подбашенного отделения 12" установки и вода затопила также носовые погреба.

Вторым попаданием было затоплено верхнее носовое отделение, из-за чего крен сразу вырос до 4,5° и за 10 минут дошел до 8°. Для выравнивания крена и дифферента в отсеки правого борта была принята вода. Попадание в борт третьего снаряда у отделения динамо-машин, происшедшее под очень острым углом, затронуло отсек погребов левой носовой 6" башни, где в штурвальном отделении возник пожар.

В результате полученных повреждений вся носовая часть линкора за исключением нескольких мелких отсеков, заполнилась водой. Корабль сел носом на 1,5 м, увеличив среднее углубление почти на 0,5 м; углубление носа стало около 10 м., а среднее углубление около 8,9 м. Переборки держали хорошо. Остойчивость в целом не уменьшилась, поскольку выше броневой палубы вода не проникла. В этот момент германские дредноуты оказались у неё точно по корме, получив возможность поражать своего тяжело повреждённого противника продольным огнём.

Сразу после отдачи приказания на отход в «Славу» в 12.29 попало ещё два снаряда — один в церковную палубу, другой в батарейную палубу, почти в одном месте, около вентиляторной шахты первой кочегарки. Газы от разрывов обоих снарядов попали по шахте в носовую кочегарку, но все кочегары остались на местах и продолжали свою работу.

В 12 час. 39 мин., находясь уже на выходе из зоны действия 12" орудий германских дредноутов, «Слава» получила последнюю серию попаданий - одно в палубу, а второе в радиорубку. Эти последние попадания существенно не сказались на состоянии «Славы» - положение её и без того было критическим.

Корпус, расшатанный попаданиями и близкими разрывами германских 12" снарядов, дал сильную течь, с которой едва справлялись насосы корабля. Воду, поступавшую машинное отделение, пытались откачивать имевшимися водоотливными средствами, но их работа оказалась недостаточно эффективной и положение становилось угрожающим, так как работавшая машина мотылями погружалась в воду и разбрызгивание последней создавало фонтаны, затруднявшее управление главными механизмами.

По мере поступления воды в котельные отделения котлы приходилось выводить из действия, в результате чего ход корабля всё уменьшался. Лишившийся половины тяжёлой артиллерии линкор, с почти 2500 т воды внутри находился у предела исчерпания боеспособности и с увеличившейся до 10 м осадкой носом не имел никаких шансов уйти на север Моонзундским каналом. Это понимало командование линкора, которому ещё до последней серии попаданий стало ясно его бедственное положение. Гибель «Славы», медленно двигавшейся на север и отстреливавшейся редкими выстрелами из кормовой башни, становилась только вопросом времени.

Командир линкора Антонов запросил у командующего разрешение снять людей и взорвать корабль. В 12.41 были уничтожены все секретные документы. В 12.43 последовала атака шести неприятельских аэропланов, которая была отбита огнём зенитной артиллерии линкора. От вице-адмирала последовал приказ пропустить «Гражданин» вперёд, затопить корабль у входа в канал и, сняв команду на миноносцах, взорвать погреба.

По приказу в 12" кормовой бомбовый погреб и в 6” правый и левый кормовой бомбовые погреба были заложены по 8 16-фунтовых тротиловых патрона в деревянных ящиках. Затем были заготовлены по три запала на каждый ящик с длинными бикфордовыми шнурами из расчета на время горения в 30 минут. С 12.46 до 13.13 «Слава» держалась у входа в канал под машинами, ожидая прохода вперёд «Гражданина».

Вице-адмирал Бахирев по радио отдал распоряжение миноносцам снимать людей со «Славы». Капитан 1 ранга Антонов, приказав горнисту сыграть «Слушайте все», отдал приказание команде, кроме расчётов зенитных орудий, минёров и боевой смены машинистов, переходить на миноносцы, вынеся в первую голову раненых.

В 13.20 «Слава» застопорила ход, медленно идя вперёд по инерции, а лейтенант Зиберт получил приказание зажечь фитили, и покинуть корабль, и убедившись в том, что все вышли, лично спустился в 12" кормовой погреб и проследил, что фитили горят хорошо. В 13.22 каперанг Антонов отпустил всю машинную команду, рулевых и сигнальщиков, оставив лишь 5 офицеров, несколько ординарцев. В 13.30 «Слава», всё ещё двигаясь по инерции, подошла ко входу в канал.

В 13.40 на шканцах командир собрал летучий судовой совет из старшего офицера и старших специалистов которые кратко доложили о положений в своих частях. Через две минуты, после доклада Л.М. Галлера о том, что корабль через 8 минут взорвётся, последние 12 матросов, 5 офицеров и командир предварительно обойдя палубы и убедившись, что никого из живых на корабле не осталось, покинули линкор и перешли на державшийся у кормы с левого борта миноносец «Сторожевой».

Взрыв кормовых погребов «Славы» раздался в 13.58 и сопровождался столбом дыма, высота которого превышала 100 сажень и сильным пожаром к корме. В 14.12 последовал второй взрыв, а спустя 8 минут — третий, которым оторвало корму, после чего корабль погрузился кормой до орудий 12” башни. Пожар на «Славе» всё усиливался. Впоследствии с ещё остававшихся в Моонзунде миноносцев и крейсера «Адмирал Макаров» сообщили, что корабль продолжал гореть до 3 часов утра 5 октября, причём пожар сопровождался всё время взрывами, из которых некоторые были очень сильными.
Выгоревший остов «Славы», как только позволил остывший металл, подвергся набегу местных рыбаков, которые тащили с корабля всё, что только можно. Позднее их сменили германские трофейщики, демонтировавшие более крупногабаритные части, преимущественно бронзу и винты корабля. В 1926 г. латвийское правительство дало концессию частному судоразделочному обществу на разрезку корабля на месте. К 1931 г. от «Славы» остался только железный остов. Впоследствии, разделяя его на части подрывом пиропатронами, подняли наверх отдельные фрагменты корпуса и внутренних конструкций. В морском музее Таллина до сих пор хранится фигура орла, который значится, как орёл со «Славы».


Алексей Хаютин



Tags: ВМФ, Российская империя, Россия, история
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo matveychev_oleg february 3, 2019 18:05 98
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 2 comments