matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

Categories:

За первоистоком сущего (продолжение)

Схватить Трансцендентное

Философия в своей попытке схватить трансцендентное не в силах отличить в нем Божественное от бесовского. Здесь необходим религиозный опыт веры, опыт духовного делания, практика аскезы и покаяния, подвиг смирения. Но все это выносится за скобки чистым мышлением, как что-то чуждое и враждебное ему.

После Освенцима

Такая самокритика не будет изменой себе только в том случае, если разум сохранит верность принципу истины, единственным источником которого является он сам

Макс Хоркхаймер «Затмение разума»

Мы встретились после войны в Париже, в одном маленьком открытом кафе на берегу Сены. Надрывно и безутешно кричали чайки. Лучи восходящего солнца играли на волнах. Мы знали друг друга с детства, наши отцы были хорошими приятелями и часто встречались. С тех пор прошло много лет. Он был теперь известным философом, его приглашали лучшие университеты Европы и Америки. Я же так и не смог обменять на что-то существенное судьбу бездомного бродяги и скитальца. Он оттачивал основные положения своей новой системы, я же странствовал по миру, по следам древних цивилизаций Евразии и искал утешение в мудрости православных аскетов и подвижников.

Мы беседовали за чашечкой кофе. Суета проснувшегося города не мешала нам, ибо наша беседа незаметно для нас поставила нас по ту сторону пространства и времени, по ту сторону трагических событий истории. Он начал с конца своей волшебной диалектики, надеясь прийти в итоге к началу. Я знал, оппонируя ему, что спорит со мной не он, но нечто Безликое и Бесчеловечное, скрывающееся за ним, давно обожествленное философами Запада, возведенное ими в ранг Абсолюта.


- После Освенцима, - размышлял он, комкая в руках бордовую салфетку, - уже не может быть никакого упования на истину, ибо любое утверждение, исходящее из нее, является пустой болтовней, оскорбляющей жертвы войны. После Освенцима не может быть никакого поиска смысла, ибо любой смысл стремится оправдать муки и страдания убиенных. Религиозный ад не где-то там, за временем, в трансцендентной тьме, он уже здесь в истории, сама история и является адом для нас, и никакой Бог не отмоет ее от человеческой крови. Мы все виновны в том, что случилось, даже самые невиновные, даже самые святые, даже те, кто еще не родились.

- Эмоционально я понимаю тебя, - отвечал я спокойно уверенным голосом, - однако есть в религии, которую я исповедую, такое понятие как трезвение. Его суть в данной нам способности видеть и понимать тщетность мирового зла перед Тайной Божественного. Тебе – атеисту – такое сложно вообразить. И все же я призываю тебя к трезвению, хотя бы перед тем неизвестным во Вселенной, что тебе неизвестно, что останется неизвестным для тебя навсегда. Только в этом случае мы сможем найти истинную причину случившегося и истинных виновников произошедшей войны.

- Понимаю. Сейчас ты назовешь мне имена авторитарных личностей, тиранов и вождей. Ты попытаешься списать на них срывы и провалы истории.
- Нет.
- Тогда социальные структуры и партии, созданные ими.
- Нет.
- Тогда тоталитарные идеологии, господствующие над людьми, искажающие их сознание.
- Нет.
- Как нравится мне это твое «нет»! Из него я создал новое полотно мысли. После Освенцима любой позитивный тезис требует этого «нет», требует диалектического снятия и священного вхождения в Нетождественное.
- Здесь главное понять: кто осуществляет вхождение?
- Странный вопрос.
- Кто совершает снятие любого положительного тезиса, тождественного самому себе?
- Критическая мысль, разумеется.
- Давай уточним: человек как субъект мысли или мысль как субъект человеческой сущности?
- Мышление, конечно! Мышление, вечно мыслящее себя, сбрасывающее с себя все застывшее, оледеневшее, окаменевшее.
- Вот это аристотелевское Мышление Мышления, оторвавшееся от Бога, обожествившее себя, обезличенное, бесчеловечное, которому присягнула цивилизация Запада, и есть истинная причина минувшей войны.
- Свободное критическое мышление – единственное на что мы можем положиться в этом мире!
- Заметь. Об этом оно само и говорит через тебя. Не ты, не твое сознание, но мыслящее себя мышление.
- Ты сейчас серьезно?
- Вполне. Вы все время боретесь с разными видами «ложного сознания». Я же призываю бороться с самим мышлением, ибо у мышления и человека, как его носителя, разные цели, разные задачи, разные судьбы. Человек – образ и подобие Бога. Мыслящее себя мышление – разум мира сего, являющийся пред Богом безумием.
- Какой-то бред!
- Кто сейчас это сказал? Ты или бьющая через тебя диалектика разума мира сего?
- С тобой невозможно спорить!
- Ты и не будешь со мной спорить. Ты просто снимешь меня, как нечто застывшее, окаменевшее, чтобы насладиться Нетождественным.

Мой друг грустно улыбнулся. Сделав несколько глотков черной жидкости, он отвернулся от меня и больше уже со мной на эту тему не говорил. Видимо, в его сознании произошел диалектический процесс снятия. Я для него уже не существовал в качестве оппонента.

Философия и внешний мир

Внешний мир мешает философии обрести абсолютную свободу. Она всегда стремится его либо подменить, либо снять, либо переделать, либо взять в скобки, либо уничтожить.

Бытие, подменившее Бога

Почему в эту ночь я не смог уснуть? Почему на положенные мне перед рабочим днем семь часов сна не смог покинуть этот прекраснейший из миров? Да просто потому, что мой пьяный товарищ, словно в бреду, говорил и говорил мне о самой первой и самой главной причине, парализовавшей метафизику Запада.

«Все началось в пустыне, близь горы Синай, где Моисей пас своих овец. Там воззвал к нему из горящего тернового куста Непостижимый. В конце разговора Моисей попросил, чтобы Тайна тайн открыла свое сокровенное имя. Непостижимый назвал себя загадочной последовательностью знаков, и эти знаки ослепили целую цивилизацию. Вернее, неправильный перевод их с иврита на латинский. На христианском Западе знали два варианта перевода: «Я есмь Сущий» и «Я есть Тот, Кто Я Есть». Оба они неверны. Правильно бы было перевести так: «Я сейчас Тот, Которым я всегда был и всегда буду». Скажешь, какая разница? Неужели это так важно? Важно, если речь идет о понимании сокровенной сущности Божественного! Важно, если речь идет о том, как к Ней относиться! Связано ли Божественное с этим миром или свободно от него? Зависит ли Божественное от сотворенного бытия или не зависит? Уже схоласты предпочтение отдавали первому варианту перевода. На это настраивала их античная философия, требующая подогнать истины откровения под логику Аристотеля. И Иоанн Дунс Скот, и Фома Аквинский называли Бога Сущим и не видели здесь опасности. Однако дьявол любит переворачивать концы тождества: если Бог есть Сущий, то Сущий есть Бог. Так постепенно философское Бытие превратилось в Бога, встало на место живого Бога Библии. Оно являло себя и прятало за разными философскими масками: субстанция, сущность, чистый акт бытия, причина себя, Абсолютная идея, Воля к Жизни, Воля к Власти, Трансцендентальное Я, Экзистенция, Бессознательное, Коммунизм. В XX веке с ним связал свои мистические прозрения Мартин Хайдеггер, в нем искал упоительного блаженства Жиль Делез. Безбожное Бытие, Бытие, освободившееся от Бога Откровения, подчинило Западный мир, лишило его духовной связи с живой вечностью, обездушило его, превратило в мумию. Не так было на христианском Востоке, и в том заслуга великих аскетов и подвижников православия. Здесь Бог не отождествлялся с Сущим, но созерцался по ту сторону бытия и ничто, по ту сторону схоластических категорий, по ту сторону знания и незнания. Два века духовной вестернизации России не помешали нашему философу Владимиру Соловьеву увидеть опасность и писать о том, как всего лишь простая связка «есть» между подлежащим и сказуемым превратилась у европейских философов в мертвый Абсолют. Соловьев писал о том, что важно не само бытие, но субъект бытия, что нельзя на место субъекта бытия возводить одно из его свойств, пусть даже и такое фундаментальное, как способность существовать».

Утром мой друг проснулся невинным как младенец. Я напоил его огуречным рассолом, накормил пельменями. Спросил, помнит ли он свой философский бред?

«Что ты? Перестань? Философией я уже давно не занимаюсь! Провал моей кандидатской навсегда остудил мое сердце. Я понял, что мои мысли, мое видение происходящего никому не нужны». Поблагодарив меня за прекрасно проведенный вечер, гость ушел. Но его размышления в моей душе остались и не дают мне покоя.

Познание и покой

Даже если человек познает все, обретет ли он в результате этого покой? По Шеллингу «да», с религиозной точке зрения «нет».

Туманность Андромеды

- Подъем! Вставай скорее! Ты же на работу опоздал!
- Опоздал? Замечательно.
- Что значит «замечательно»?
- Это значит, что я буду, наконец-то, принадлежать себе, а не бюрократическому чудовищу, омертвляющему мою жизнь.
- Почему омертвляющему?
- Потому, что мне приходиться тратить ее не на фундаментальные сверхцели и сверхзадачи, а на никому не нужные пирамиды бумаги.
- Тебя с работы выгонят!
- А зачем она мне теперь?
- Не поняла тебя.
- Все очень просто: на нас летит галактика Андромеды.
- Что ты сказал?
- А то, что она неизбежно ударится в Млечный Путь.
- Ты сейчас шутишь или издеваешься? Нам-то на земле какая разница?
- На Земле ничего не останется. И самой Земли не будет. И Солнца не будет.
- Да! И когда это произойдет? Завтра? Через неделю? Через год?
- Через несколько миллиардов лет.
- Значит, мы этого не увидим. Нас это не коснется!
- Коснется! Посмотри сквозь время! Результаты наших трудов, достижения всего человечества будут уничтожены. Прекратится в этом мире наш поиск истины и смысла.
- Возможно, люди к тому времени, что-нибудь придумают.
- Ничего не придумают. Это наш экзистенциальный предел. Гибели не избежать! За что тогда бороться? Ради чего жить? Во имя чего терпеть муку существования?
- По-моему, ты просто сошел с ума!
- А, по-моему, вы все сошли с ума! Социальная Структура всех вас запрограммировала на определенный вид деятельности и вы, зная, что мир сорвется в бездну, словно автоматы, продолжаете механически осуществлять не вами придуманный сценарий. Вы не люди со свободным сознанием и свободной волей. Вы - биосоциальные машины, боящиеся посмотреть правде в глаза.
- И в чем же правда?
- В том, что все исчезнет. Все провалится в бездну. Данное нам существование призрачно.
- Почему призрачно?
- Потому, что нет выхода в вечность. Настоящее соскальзывает в прошлое, становится пищей прожорливого Кроноса. Была надежда хотя бы на будущее, но теперь, получается, и будущего у нас нет.
- Ну, хватит! Мне надоело распутывать твои шарады! Я ухожу! С человеком, у которого в голове Туманность Андромеды, мне в этой жизни не по пути!

Надя ушла. Ушла, чтобы больше не вернуться. Вечером, задыхаясь от одиночества, пытаясь притупить боль души, я написал вот это стихотворение.

На нас летит Туманность Андромеды.
Все наши достижения и победы
Утратят неизбежно смысл и суть,
Когда столкнется с нею Млечный Путь.
Когда начнут над пропастью кружиться
Два мира, две галактики, две птицы,
Чтобы потом друг в друге умереть,
В одном пожаре заживо сгореть.

Философия и философ

Философия стремится внушить философу, что существует вечное, имманентное, не зависимое от него мышление. Человек – всего лишь момент мышления и обретает бессмертие, приобщаясь к нему. Вне этого мышления человека нет.

Экзамен по философии

Тяжелейший экзамен по философии. Ничего не знаю. Ничего не помню. На лекции не ходил. На семинарах бывал через раз. Нужно за урок ответить на сто пятьдесят вопросов. Получается за минуту на три. Это невозможно! Застрял уже на двенадцатом. Все! Конец! Крышка! Еще один хвост на осень! Видя бедственное положение таких, как я, преподаватель бросает утопающим спасательный круг. «Можно не отвечать на вопросы, - говорит он, - можно написать всего лишь одно стихотворение, но так, чтобы оно по смыслу охватывало все содержание курса». Ну, это выход! Это шанс! Им грех не воспользоваться! Выхожу из программы. Достаю лист А 4 и начинаю рифмовать слова: ответить, встретить, заметить, приветить…

Какая-то хрень! О чем он нам рассказывал? Рационализм, агностицизм, мистицизм, монизм, дуализм, синкретизм, сциентизм, имморализм. Нет! Не то! Непостижимое, необъяснимое, невыразимое, необозримое. Кажется, Ленка мне говорила, что он большой любитель слова «тайна», часто его использует во время лекций, видимо, начитался Бердяева. Попробую поиграть с этим словом. Тайна, чрезвычайно, необычайно, случайно…

Ах да, еще слышал на одном из семинаров его размышления о бесконечном: если разделить бесконечное на части, то части будут столь же бесконечны. Например, четные и нечетные цифры цифрового ряда. Так, что там дальше? Дальше философские оппозиции: возможное – действительное, случайность – необходимость, бытие – ничто…

Вот как весь этот ментальный винегрет превратить в стих? Просто механически соединю, лишь бы в рифму, а там посмотрим! Где-то я читал, что сам язык, если ему не мешать, способен прийти к истине, вернее, обнаружить истину, ибо содержит ее в себе, является ее застывшей формой. Попробую проверить эту бредовую идею.

Итак, обо всем забываю, весь психологический мусор выношу за скобки и, словно новорожденный, ныряю в поток сознания!

Задать вопрос и на него ответить,
Но то в ужасной спешке не заметить,
Что тайна ускользнула от тебя,
На смыслы бесконечное дробя.
А только тайна и необходима,
Ответ же просто попадает мимо
Или в сознанье создает фантом,
Что ты познал весь мир в себе самом.

Существование и мысль

Философия всегда приходит к тому, что существование в мысли, а не мысль в существовании. Далее неотвратимый процесс самообожествления мысли.

Норманизм или антинорманизм?

Готовился вчера к экзамену по истории. Застрял на теме: Происхождение Руси с точки зрения нормнистов и антинорманистов. На сотый раз прошелся по всем известным аргументам тех и других. Сотый раз оказался в научном тупике и окунулся в отчаянье.

Именно в состоянии отчаянья мне и пришла мысль, что следует не противопоставлять эти концепции, а попробовать соединить на каком-то общем основании. Смешно сказать, но основание это мне открылось сразу, ибо оно на поверхности истории и известно всем, надо лишь уйти в древние времена, в скифо-сарматский мир и поискать там корни викингов. Собственно, все это уже сделали итальянские, французские, исландские, норвежские и шведские специалисты по «Малой Эдде» великого Снорри Стурлусона. А знаменитый путешественник Тур Хейердал искал небесный Асгард под Азовом. Если предположить, что боги германцев – это каста сарматских воинов «руксасов» или «белых асов», пробившаяся в центр Европы, на Балтику и на Скандинавский полуостров, то вполне понятны будут тогда их бесконечные попытки вернуться назад, на свою историческую прародину. Руководствуясь древними преданиями, обожествившие своих великих предков, сарматы Скандинавии не просто совершали набеги в славянские земли, они осуществляли паломничество по святым местам. Их Меккой, их Иерусалимом был Русский каганат и его столица – Асгард. Сами себя они считали руссами, вели свое происхождение от «рода русского», имели кельтские, иллирийские, германские и сарматские имена, верили в иранских богов, вели завоевания в соответствии со своим иранским мировоззрением и в интересах своей касты.

В придуманной мной концепции аргументы норманистов и антинорманистов красиво соединяются, не противостоят, но дополняют друг друга, создают единый, целостный узор событий с общей логикой и с общим религиозным смыслом.

Сейчас я понимаю, что моя идея не просто концепция в ряду других концепций, это «историософская бритва Оккама», срезающая все лишнее, искусственное, лживое, это истинный критерий того, занимается ли историк действительной наукой или играет в науку, находясь на службе у того или иного геополитического проекта.

Абсолютное и Бог

Задача индусского мыслителя от Бадараяны до Шанкары всегда заключалась в том, чтобы найти Абсолютное и раствориться в нем. При этом Абсолютное не обязательно Бог, Бог, пожалуй, совсем не абсолютен, так как обнаруживает себя тем или иным действием. Абсолютное же вне познания, вне деятельности, вне любой формы бытия.

Заратуштра и Великая Скифь

Вы еще не искали себя, когда нашли меня. Так поступают все верующие; потому-то всякая вера так мало значит. Теперь я велю вам потерять меня и найти себя; и только когда вы все отречетесь от меня, я вернусь к вам

«Так говорил Заратустра» Ф. Ницше

- Давно хотел тебя спросить: что ты знаешь о Василии Ивановиче Абаеве?
- Ничего! Ничего кроме того, что это великий советский языковед, иранист, специалист по языку сарматов и скифов.
- Этого достаточно, чтобы оценить мою версию происхождения Руси, как вполне научную.
- А причем тут Абаев и скифы?
- Ряд не полный. Добавь сюда еще владельца старых верблюдов Заратустру!
- Не понял!
- Абаев, скифы и Заратустра.
- Вот даже как!
- Да! Наш советский иранист, изучая ранние фрагменты Авесты, доказал, что Заратустра или Заратуштра – скиф.
- Никогда не слышал об этом. Но какое отношение это имеет к Руси?
- Заратустра – создатель религии Откровения, пророк, получивший знание от Творца мира Ахуромазды.
- Ахурамазда – бог Света. Ему противостоит бог тьмы Анхра-Майнью.
- Вот-вот! А светлый на скифском и на сарматском – «рокс»; «рукс»!
- И что это значит?
- Пока ничего. Предположим, что какая-то часть скифов приняла религию Зороастра! В Авесте это таинственный род Фриана. Они стали кочевать отдельно от остальных скифов. Возможно, так образовалась «каста царских скифов», во главе которой стояли потомки царя Висташпы. Она кочевала по Геродоту отдельно от всех остальных.
- Предположим. Дальше что?
- Самоназвание этой касты должно было включать в себя «идеологему света», выраженную этнонимами на «рокс», «рукс», которые неизбежно перешли в «росс», «русс». Именно об этом языковом феномене, но на более древнем арийском материале в Причерноморье, писал еще один известный советский лингвист О. Н. Трубачев.
- Все это спорно, конечно, но допустим. Что же дальше?
- Дальше, сарматы – родственные скифам племена.
- Хорошо, сарматы. Что ты можешь сказать о них?
- Главное их племя называлось – аорсы, то есть «светлые». Потом «этнонимическая парадигма света» перейдет на алан – роксаланы. Это сарматское племя считалось гвардией у гуннов. Оно всегда шло в авангарде их орды и в эпоху великого переселения народов оказалось в Париже. Так, по словам известного нашего историка Г. Вернадского, русские впервые вошли в Париж. Вернадский пишет, что сарматское племя «светлых асов» или рухсасов осталось в Северном Причерноморье и создало Русский каганат.
- Подожди! Подожди! А причем тут русские?
- А притом, что русские до возникновения Киевской Руси – это скифо-сарматская каста кшатриев, «род русский» из византийских договоров, исповедующая зороастризм. А Русь – это царство Света, противостоящее царству Тьмы, царству Анхра-Майнью!
- Стоп! Достаточно! Диагноз ясен!
- И что же тебе ясно?
- Все! Или почти все! Хотелось бы только уточнить: давно у тебя крыша поехала?
- Почему сразу «крыша»? С научной точки зрения, что здесь не верно? Какое звено в аргументации не обосновано?
- Обосновано твое «псевдоисторическое безумие». По-моему, это какой-то «квазиисторический психоз». Не знаю, надо, чтобы известный психолог подобрал какое-то правильное название на латинском. Знаешь, сколько таких, как ты, в Интернете? Ты вот от Заратустры решил произвести нас. Поскромничал! Можно было сразу от атлантов. Или нет! От Адама! А лучше от инопланетян!
- Я же пытался строить гипотезу в рамках известных фактов!
- Ты взял разные факты из разных эпох, разных народов и соединил их в одну смысловую линию. Собственно, так безумец и поступает!
- А когда некоторые филологи, совершенно игнорируя религиозную составляющую руссов, иранских имена русских богов, производят их от финского «руотси», это не безумие?
- Здесь, по крайней мере, железная логика в словообразовании!
- Логика в голове кабинетного ученого-филолога, а не логика истории, не логика сознания воина эпохи великого переселения народов.
- Слушай! Если тебе больше нечего сказать, давай сменим тему!
- Нет. У меня остался последний аргумент, он из области философии.
- Вот только философии здесь и не хватает!
- Вы еще не искали себя, когда нашли меня. Так поступают все верующие; потому-то всякая вера так мало значит. Теперь я велю вам потерять меня и найти себя; и только когда вы все отречетесь от меня, я вернусь к вам. Так говорил Заратустра!

Разум и апейрон

Аристотель отказывает в бытии Беспредельному, на том основании, что его невозможно познать. Разум, ставящий всему предел и цель, ему дороже анаксимандровского апейрона. Однако то, что нечто нельзя помыслить, еще не означает, что его нет. Все мы, по сути, пленники пределов и границ разума, который не дает нам соединиться с живой вечностью.

Новое доказательство бытия души

Олеся предложила мне вместо подарка на день рождения придумать новое доказательство бытия души. Невыполнимая задача для простого учителя обычной средней школы. И все же я взялся: очень захотелось удивить любимую девушку. Сначала попытался из уже известных доказательств слепить нечто оригинальное. Нашел их в Интернете, вчитался, вдумался. Сделал несколько набросков. Не понравилось. Сквозь текст постоянно проявлялись, высвечивались прототипы. Олеся училась на четвертом курсе философского факультета и с легкостью могла определить подделку. Долго я находился в интеллектуальном ступоре. Мучился мыслями, терзался логикой, собирал из разноцветных камешков картинку и вновь ее разрушал. Но вот сегодня ночью перед засыпанием на меня снизошла красивая идея. Я встал, включил свет и быстро записал текст на клочке листа. Утром несколько раз переписал его. В итоге вот что получилось.

«Физиологическая основа сознания, предоставленная сама себе, не смогла бы произвести, не смогла бы сохранить и удержать бесконечное многообразие, бесконечную сложность, бесконечную противоречивость ментального. Весь этот огромный универсум существует в единстве и целостности, несмотря на происходящие в нем срывы и провалы, бури и ураганы, космические катастрофы и бедствия. Такое можно объяснить лишь тем, что по ту сторону этого бесконечного универсума сознания существует душа, запускающая его, оживляющая его, задающая ему законы движения и развития. В противном случае, он не просуществовал бы и мгновения».

Несколько дней спустя, задыхаясь от волнения, я прочитал это доказательство имениннице. Олеся снисходительно выслушала меня, а потом безжалостно размазала по стеклу. «Доказательство души от сложности сознания, - заявила она, - в истории философской мысли уже давно формулировали. Этим занимались индийские брахманы, философы эпохи эллинизма, отцы церкви и средневековые схоласты. Твое доказательство в этом ряду самое простое и примитивное».

После столь унизительной оценки моего труда философией в своей жизни я больше не занимался.

Вселенная Лейбница

Во Вселенной Лейбница нет противоречий, вернее, они исключаются из нее как ложные идеи, в итоге остается логика и математика, но не живая жизнь.

Окунуться в душу

Моего друга случайно сбила машина. Он умер в больнице, не приходя в сознание. Какой-то пьяный дурак не справился с управлением и наехал на остановку. Во время похорон на городском кладбище в моем сознании постоянно вертелся наш последний разговор.

Это была мимолетная встреча. Я ехал в трамвае в институт. Он заскочил на одной из остановок. Мы давно не виделись, поэтому обнялись.

- Как дела? Чем занимаешься? – спросил он.
- Ничем. Вернее, одной из разновидностей «ничто», - загадочно заявил я.
- А именно?
- Философией.
- Понятно.
- А ты чем занимаешься?
- Изучаю французских социологов школы Дюргейма.
- И как они тебе?
- Интересно. Очень интересно. Особенно, когда с помощью своих социологических методов они упираются в тупик.
- В смысле?
- Не могут объяснить то или иное социальное явление из социального.
- Например.
- Например, бесчисленные факты смертей от магии, колдовства и действия духов у народов Австралии, Африки и островов Тихого океана. Казалось бы, все это социальные явления, некая символическая реальность, состоящая из совокупности идеальных концептов. Но как объяснить ими смерти вполне здоровых, крепких, физически выносливых людей? Как «идеальное» уничтожает «реальное»? Кто-то кого-то заколдовал, кто-то кому-то послал болезнь, кто-то случайно съел табуированное животное, на кого-то обиделись духи. Все это лишь социальные манипуляции, однако люди реально впадали в депрессию и в течение трех-четырех дней умирали. Получается, социально-психологическое убивало природно-физиологическое. Просто внушением, просто магией дискурса, просто гипнозом обряда.
- Ошибка «просвещенных» социологов в том, что они не видели за социальной реальностью действительно существующий универсум духов. Более того, они все духовное сводили к социальному. Подставь вместо понятия «бог» понятие «общество» и все будет в порядке! Замени Аллаха социумом и явление объяснено! Однако мы видим, что все гораздо сложнее и глубже. Есть нечто «сверхъестественное», которое не вписывается в «социальное» и действует на нас из Запредельного. Реальные духи тьмы, реальные колдуны, реальная магия.
- Знаешь. Я тоже об этом думал. Вернее, у меня возникали такие мысли, но только я боялся себе в этом признаться. Мое научное мировоззрение, моя сциентистская картина мира мешали мне это сделать.

Нам не удалось развить тему. Трамвай остановился. Друг попрощался и вышел. Вечером его уже не будет. За несколько часов до аварии он выслал мне в Контакте свое последнее стихотворение. К стыду моему, я все еще его не прочитал. Рука сама нырнула в карман, вытащила телефон, вошла в Сеть и предложила мне последний раз окунуться в трепещущую душу моего друга:

Скачок между живым и неживым
Настолько сложен и неисполним,
Что разрушает схемы перехода,
Какой бы гибкой ни была природа.
И все же он природой совершен,
Мертвец из тьмы могильной воскрешен.
Но как и кем? Случайным совпаденьем
Или святым божественным решеньем?


Часть 2



Tags: Иванов, рассказ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo matveychev_oleg февраль 3, 2019 18:05 75
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 2 comments