matveychev_oleg (matveychev_oleg) wrote,
matveychev_oleg
matveychev_oleg

Category:

Невзоров Half-Life

Владислав Шурыгин о превращении ангела в демона на примере психологической трансформации Александра Невзорова


Одним из несомненных феноменов современной политической психиатрии является коренной «питержанин» Александр Невзоров. Не так много на современном политическом небосклоне звёзд, звёздочек и звездюков настолько радикально поменявших свои взгляды и ориентации. И тут с ним мало кто может сравниться.

За 61 год своей жизни Александр Глебович последовательно прошел, буквально, все стадии и все формы политических окрасов и страт.

Начав, как санитар, экс-каскадёр, волею случая, ставший в конце мутных 80-х, когда любая путана могла стать дикторшей или депутатшей, соведущим новой питерской информационной программы.


«Глебыч», как его называло окружение, сначала был упёртым антисоветчиком, разоблачая преступления коммунистов, «кровавой гэбни», а заодно всячески смакуя криминальную жуть, тонущего в распаде Ленинграда. Затем, буквально в одну ночь А.Г. перекрещивается в ярого советского патриота и следующие три года активно «топит» за «красных», мочит Ельцина и олигархов. На этой волне «600 секунд» становятся едва ли не самой популярной телепередачей на постсоветском пространстве, а сам Невзоров подлинным кумиром миллионов.

Тогда же «Глебыч» сливается в религиозном экстазе с Русской православной церковью, едва ли не через день, бывая в покоях у митрополита Санкт-Перебуржского и Ладожского Иоанна, делая репортажи о православных чудесах, со слезами на глазах вспоминая, как мальчиком пел в церковном хоре. Апофеозом того периода стал сюжет в «Секундах» о неком «тайном монашестве» — духовном подвиге, на который благословляют только самых избранных — монашестве без отрыва от мирской жизни. Что это такое — так никто и не понял, но все поняли главный намёк сюжета — таковым является его автор АГН…

В это время он сравнивал себя с командиром партизанского отряда на оккупированной Псковщине, предупреждая, что после освобождения его демократические коллеги-журналисты могут «оказаться повыше, чем оказались фашисты». Его резюме; «…спасти нас может только русская идея, русский народ, русская интеллигенция. Интеллигенция, которая докажет, что ее интересуют не шмотки, не „видики“, не должности, а боль и страдания одураченных людей… А после этих демократов страну придется восстанавливать, как после немцев плюс как после ордынского нашествия…».

Для характеристики своих врагов он придумывал остроумные неологизмы: «Ебелдос» — аббревиатура «Ельцин, Белый Дом, Свобода», «Забелдос» — «Защитники Белого дома и свободы», «Собздик» — «Собчак — защитник демократии и конституции».

Он не стеснялся заявлять, что заслуга Сталина в том, что он «укокошил много родни профессиональных революционеров из числа тех, кто создал нам это удовольствие под названием Октябрьская революция… Он хорошо знал эту публику. Личность Сталина не представляется мне более мрачной, чем фигуры Калигулы или Тиберия. Этот по крайней мере создал государство… А все эти так называемые массовые репрессии на 95% — миф». А Ленин, по его мнению, «классный авантюрист, интриган и политик. Правда, безмерно жестокий, хотя и не такой, как эта ваша трепещущая интеллигенция типа Сахарова».

Он был членом редколлегии газеты «День», членом Думы Русского национального собора, членом оргкомитета Фронта Национального спасения, почётным бойцом батальона «Днестр» приднестровского ОМОНа…

А затем всё поменялось. После расстрела в октябре 1993 года Ельциным Верховного Совета Невзорову со всей очевидностью стало ясно, что «наши» уже никогда не придут" (цитата из его сюжета того времени) и что ставка на «красных» провалилась. От них, правда, Невзоров успел урвать солидный довесок — депутатство в, созданной взамен расстрелянного Верховного Совета, Государственной Думе, позиционируя себя, как убежденного врага режима и лидера оппозиции. В Думе он отсидел аж четыре срока, появляясь там не чаще, чем ливни в пустыне Атакама — раз в четыре года и, не подписав ни одного закона. Но «корочки» депутата пускались им в ход регулярно…

В этот же период состоялось знакомство «Глебыча» с известным политическим авантюристом, «распутиным» семьи Ельциных Борисом Березовским, который, как пелось в песне Трофима, «ссучил Ильича» — точнее «Глебыча».

Масштаб и размах авантюр «Абрамыча» буквально размозжил психику АГНа. Борис Абрамович, без сомнения, нес в себе печать инфернального зла, и соприкосновение с ним испепеляло неокрепшие души и умы. Березовский прекрасно разбирался в людях, и именно люди были его главным ресурсом и главным расходным материалом. И чем ярче, чем талантливее был человек, тем сильнее желал заполучить его в свой личный бестиарий Березовский. Он «объезжал» людей так же, как Невзоров своих кобыл, лаской и лестью, заботой и нарочитым доверием, осуществлением заветных желаний и тайных чаяний, делая из них не бездушных кукол-болванчиков, а самых ревностных своих адептов и исполнителей.

В Невзорове Березовский смог рассмотреть и понять главную слабость и патологию Невзорова — чудовищное честолюбие. Он увидел, как было тесно талантливому и яркому Невзорову в патриотической среде. Ведь он «вычерпал» весь её ресурс ещё в 93-м, когда был расстрелян «Белый дом» и, придуманные им, «Наши» были разгромлены и рассованы по камерам. Тогда Невзоров понял, что «советский проект» закончен окончательно. И что он поставил не на ту лошадь. Прикованный к этой среде, он уже не мог двигаться дальше и был в ней замурован, как в узилище. А за его стенами кипела другая жизнь — ракетами взлетали в небо новые телезвёзды, собирались состояния, миллионеры становились миллиардерами, миллиардеры — олигархами. Мир распахивался и стелился под ноги новых хозяев жизни. А ему, вчерашнему кумиру миллионов, приходилось довольствоваться лишь широкой известностью, быть кумиром униженных и оскорблённых и довольствоваться местом в Думе рядом с Зюгановым.

Невзоров страдал!

И Березовский подхватил Невзорова на свой ковёр-самолёт! «Александр, вы гений!» «Два миллиона долларов на художественный фильм, где вы режиссёр и сценарист — без проблем!», «Авторскую передачу на „Первом“? Без проблем!» Рядом с ним Невзоров впервые прикоснулся к тайне ВЛАСТИ, он впервые вблизи, на расстоянии вытянутой руки, увидел, как ДЕЛАЕТСЯ власть в России, как из темноты, из небытия можно управлять самыми сильными мира сего, как самые глухие двери, словно под заклинанием, открываются перед лёгким стуком костяшек пальцев злобного гения. Как смиренно и послушно сгибают перед ним свои выи те, кто, казалось, могли сокрушить кого угодно. Невзоров рядом с Березовским увидел и познал, что управлять Россией можно, не имея никакого чина или должности, не имея ни полков, ни дивизий, а лишь несколько телефонов. И не просто управлять, а, как по мановению волшебной палочки, создавать из воздуха целые состояния, начинать и заканчивать войны, трепать по холке самых лютых зверей рода человеческого и гладить самых ядовитых гадов без страха быть ими ужаленным. Это опьянило непьющего Невзорова куда сильнее любой, самой «палёной», водки, вскружило и разметало мозги, наполнило невыразимо сладостной энергией и азартом:

«…Собчак оказался абсолютным идиотом, как я и предполагал. И в ответ на предложение помощи, причем самое искреннее — я мог бы помочь и хотел помочь, — он предпринял ряд враждебных шагов, абсолютно враждебных. Он начал обзываться опять садистом, некрофилом, какие-то листовки распространил… Люся, его супруга, тут же написала на меня донос в Центризбирком. Все-таки идиоты. Нельзя с такими людьми дело иметь!» — с жаром отчитывается Невзоров своему хозяину и покровителю по телефону. «Я наш утренний разговор учёл, но я ещё позавчера кое-что слил, и это, может, удастся остановить, а может быть, и нет… Борис Абрамович, я вас поставлю в сложное положение, если скажу куда… Дорогой мой, вот этого не надо! Я слил информацию…» — докладывает он ему влюблённым голосом.

Он снова жил, снова горел, снова был востребован и даже — о Небо! — был почти причастен к управлению тяжёлым и неповоротливым кораблём, на борту которого было написано «Россия»…

И эта близость ко Злу просто испепелила душу Невзорова, иссекла из неё всё человеческое, живое. Он поверил во всесилие Зла и присягнул Злу, веря, что с ним поднимется ещё выше и окажется на вершине Олимпа, не на самой его макушке, но где-то рядом, очень близко…

Но Невзоров снова страшно просчитался. Как врубелевский демон, Березовский был извергнут сначала из власти, потом из России, а потом и из этого мира, отправившись сквозь петлю висельника-самоубийцы прямо в ад, чьим послом он был на этой земле. И «подберёзовики» без него ослепли и оглохли. Их просто выбросили на свалку за ненадобностью — ничего личного! Просто гигиеническая процедура. И среди вышвырнутых — Невзоров.

Паноптикум «испепелённых» Березовским огромен, и Невзоров в нём не первый и не последний. И совершенно неслучайно после этого удара он заболел патологоанатомией. Мёртвое ему стало куда ближе и важнее живого, и, утратив душу, он нашёл себя среди мёртвых и попытался доказать себе и всем вокруг, что души и не было никогда вообще, что Дух, душа есть лишь случайная слепая игра природы, выдумка неграмотного человечества, заблуждение, фантом!

Теперь Невзоров больше не православный и не тайный монах. Наоборот! Он главный атеист страны и неистовый низвергатель святынь. Теперь пасторальное воспоминание о его пении в церковном хоре превратилось в жестокую сцену орального секса священнослужителя в алтаре, изломавшую его психику и навсегда отвергнувшую его от Церкви.

Теперь он едкий мизатроп-лошадник, безжалостный критик патриотической идеологии:

«У меня нет национальности. После украинских событий я написал заявление об уходе из русских. Я непьющий, неверующий и на балалайке играть не умею — какой из меня русский?» (журнал «Сноб»).

«…К примеру, в вопросе об абсолютной самобытности и уникальности „русского мiра“, „русской цивилизации“ нет-нет да и покажется мерзкое рыло реальности, способное попортить всю красоту патриотической картины»

«Как известно, у идеологии „самобытной и неповторимой русской цивилизации“ существует небольшая проблема. Что-нибудь „русское“ (в черносотенном смысле этого слова) обнаружить в общественных пейзажах практически нереально. Абсолютно все, из чего соткана современная жизнь РФ, имеет строго западное происхождение. И никакого другого. Вторично и заимствовано все, без исключения.»…

А это о шествии «Бессмертного полка» на День Победы в 2015 году:

«…Суть мероприятия заключается в том, что идущие большими организованными колоннами граждане РФ несут на палках портреты погибших на войне родственников. Это символизирует сплочение народа в скорби и безмолвный, но грозный вызов тому врагу, по вине которого погибли изображенные на портретах люди. Но! Чрезвычайно велика вероятность того, что примерно на трети портретов запечатлены те, кто был уничтожен исключительно по вине самого советского командования: перебитые заградбатальонами, брошенные в бессмысленные атаки, заморенные фронтовым или тыловым голодом, замороженные, „сваренные“ в котлах, а также расстрелянные пьяными СМЕРШевцами. Солдатское мясо в России всегда было исключительно дешево и, как правило, тратилось генералами с феерической расточительностью. Но никому из участников шествия не придет в голову обвинить в смерти отца или прадеда тех мясников-генералов СССР, которые были действительными виновниками гибели их близких. Тем самым шествие „Бессмертного полка“ превращается в индульгенцию власти, в предложение ей и впредь расходовать жизни без всякого стеснения»

О патриотизме: «Я хочу сказать одно. Что скрепляет нацию лучше всего? Лучше всего нацию скрепляет злоба. Где ее брать? Одно время думали, что хорошим станком для производства злобы будет религия и церковь. Но, во-первых, религию и церковь накладно содержать, они все время клянчат недвижимость, их нужно обвешивать бижутерией, они скандалят, а злобы, такой объединяющей матерой злобы, нет. И поэтому есть исторические недра, из которых злобу можно качать, как нефть. Эта злоба еще не омрачена всякими толерантностями и цивилизованностями»

«…Духовность — это газ, который выделяют попы из разных бородатых отверстий. Надышавшиеся этим газом идут выкидывать детский садик, чтобы расположить на его месте коммерческую точку по торговле благодатью.»

Таков нынешний «Глебыч» — постоянный обитатель либерального зверинца «Эхо Москвы».

Впрочем, есть вещи, которые с годами не меняются. Это его незаурядная тяга к роскоши и достатку.

Невзоров, как сказал его бывший соведущий, «всегда талантливо монетизировал» свои убеждения. В эпоху, когда зарплата в пару сотен долларов казалась большинству питерцев пределом мечтаний, Глебыч жил в прекрасном трехэтажном имении с огромной конюшней и дворовыми постройками на берегу Финского залива. Чтобы не портить имидж «борцуна», в имение это он никого и никогда из «друзей» по оппозиции не приглашал. Зато регулярно сам посещал оппозиционных «красных директоров», сочувствующих патриотическим идеям бизнесменов, обтряхивая их как груши «на борьбу с режимом». Затем «красных» спонсоров сменил Борис Абрамович…

Но то, что произошло с Невзоровым, этот какая-то чудовищная трансформация личности, и она никак не связана с деньгами, которыми его якобы купили, ведь такое самоистребление, такое страшное самоубийство не может быть куплено ничем, а может быть лишь следствием огромного разочарования, перелома, распада в его физическом смысле, когда одно вещество распадается на несколько совсем иных, с дорогой от любви до лютой ненависти ко всем сущему и к самому себе в первую очередь. Это полный распад души и духа, отчаяние в его первоначальном эсхатологическом смысле. И ненависть Невзорова к окружающей его России — это ненависть низвергнутого ангела, ставшего демоном.

И, наблюдая сегодняшнего Невзорова, у меня возникает только одна ассоциация Строка их «Страшной мести» Гоголя: " …умер колдун и открыл после смерти очи. Но уже был мертвец, и глядел, как мертвец. «

Лучше не скажешь!

Владислав Шурыгин
источник



Tags: Невзоров, история, современность
Subscribe
promo matveychev_oleg февраль 3, 2019 18:05 75
Buy for 100 tokens
Эта книга — антидот, книга-противоядие. Противоядие от всяческих бархатных революций и майданов, книга «анти-Джин Шарп», книга «Анти-Навальный». Мы поставили эксперимент. Когда книга была написана, но еще не издана, мы дали ее почитать молодому поклоннику…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 12 comments